Танцуют не все. Но царь танцует обязательно

…Нечто подобное я уже видел. В восьмидесятых годах прошлого века. Причем видел это «нечто подобное» сразу в двух ипостасях – и немецкой, и аргентинской.

В восьмидесятых годах прошлого века эти две национальные сборные если и не господствовали на мировой арене в буквальном понимании этого слова, то, во всяком случае, были явно на виду. И несмотря на то, что эти две сборные можно, а то и нужно называть антагонистами, манера их игры была очень и очень похожей.

Если вынести за скобки божественного Диего Армандо, то тогдашние «альбиселесте» – практически копии тогдашней Бундестим. Потому что и одни, и вторые были фактически футбольными солдатами, нежели футбольными творцами.

Поменяй их футболками – Бурручагу с Бреме, или Руджери с Бригелем, и не разберешь, кто за какую сборную выступает, кто есть кто. И Билардо, и Беккенбауэр (наставники тех сборных) делали все от них зависящее, дабы результат выходил на первый план, а игра отходила на план второй.

Собственно, немцы практически всегда так играли. И тогда, в восьмидесятых, они трижды подряд пробивались в финал Мундиалей. Ключевое слово – пробивались. Их там никто не ждал (за исключением, разве что, ЧМ-1990), но эти «железные дровосеки» не мытьем, так катаньем, но все равно находили лазейки.

На их игру сложно было смотреть, не зевая. Но еще сложнее было не отдавать им должное.

С божественным Марадоной Германия не совладала в 1986 году, а четырьмя годами позже, когда Диего Армандо перешел из бега на спортивную ходьбу, совладала. И это при том, что своего гения в сборной Германии-1990 тогда не было. При всем уважении Клинсманн и Маттеус до этого высочайшего статуса не дотягивают, хотя, безусловно, являются величайшими футболистами своего поколения. Однако не чета Марадоне…

Почему мне вспомнились дела столь давнего прошлого? Да нет, не брюзжание это. А потому, что уж очень напомнили мне те две национальные сборные, точнее, их манеры игры, манеру игры нынешней сборной Аргентины.

***

После того, как Диего Армандо покинул, несолоно хлебавши, чемпионат мира 1994 года, так и не получив возможности провести свой последний танец, сборная Аргентины надолго ушла в тень.

Getty Images/Global Images Ukraine. Диего Марадона на ЧМ-1994

Что показательно: блистательных игроков в той сборной после эры Диего всегда хватало. Не хватало воли или желания загнать всех тех батистут, веронов и аймаров в железные тиски игрового прокрустового ложа. Поэтому и прозябали они на задворках Мундиалей, претендуя, порой коллективно, на лавры Марадоны, но напрочь отказываясь реанимировать унтер-офицерскую философию игры Карлоса Билардо. Или Франца Беккенбауэра.

Когда в середине нулевых у Аргентины появился еще один настоящий гений, соизмеримый по таланту и харизме с Марадоной, Аргентина все равно продолжала играть так, словно в ее составе не один, а сразу одиннадцать Месси.

Это еще можно было понять, если бы «альбиселесте» доверили учить играть одному лишь Марадоне, но ведь подобное положение вещей наблюдалось и при других тренерах, фактически до 2020 года: за это время Аргентину пытались тренировать так, чтобы не наступать на горло ее песни, чтобы попросту не мешать ей играть.

Такой подход оказался неудачным, пошлым, а местами и вредительским. Новый аргентинский гений после очередного провала на Копа Америка не только выкрасился в блондина и убег от папарацци на далекие острова, но и официально заявил, что, дескать, устал проигрывать, и уже ничего больше дать своей национальной команде не может, фактически расписавшись в сравнительном бессилии перед Марадоной.

Ну, наверное, все те предыдущие мытарства, отчаянья, депрессии, равно как и открытые письма от детей и трудящихся в адрес Лионелю Андресу, были ниспосланы Аргентине неспроста. Опыт – это действительно сын ошибок трудных, а новое – это хорошо забытое старое. Или плохо забытое.

В общем, к «заводским настройкам» времен Карлоса Билардо сборная Аргентины вернулась, когда ее доверили Лионелю Скалони. Отбросив всю ересь имени Бьелсы и Сампаоли, Лионель второй сделал практически один в один то же, что накануне ЧМ-1986 сделал Карлос Билардо: сборная Аргентины стала сборной железных дровосеков и одного гения.

Плюс ко всему – невзрачный и флегматичный второй Лионель непостижимым образом сумел настроить своих подопечных так, чтобы они умели держать удар, не сыпаться в решающий момент.

Getty Images/Global Images Ukraine. Лионель Месси и Лионель Скалони

Я не знаю, каким образом он это сделал, какие именно слова при этом говорил, какие именно игровые эпизоды демонстрировал на пальцах или на слайдах. Возможно, он всю команду сводил на закрытый показ в каком-то крутом кинотеатре Буэнос-Айреса «Триста спартанцев» или «Гладиатора». Возможно, он в том же кинотеатре, усевшись в будке киномеханика, крутил им самолично кадры документальной хроники с Фолклендской войны.

Так или иначе, этот невзрачный флегматик-педант своего добился. И ярчайшим доказательством тому стали последующие крупные турниры, на которых участвовала Аргентина. Умеющая терпеть, умеющая держать удар Аргентина. И играющая в десять футбольных солдатиков Аргентина, при одном гении.

***

Понятное деле, что сослагательного наклонения в футболе не бывает. Впрочем, как и везде. Но мне почему-то кажется, более того, я практически уверен, что без второго Лионеля первый Лионель не стал бы чемпионом мира четыре года назад. Что-то мне подсказывает, что после оплеухи в стартовом туре – от самой Саудовской Аравии – Аргентина бы повторила и в Катаре свою судьбу предыдущего мирового форума.

Ан нет, эта Аргентина уже прошла этапы блестящего, хрупкого, искреннего и еще черт знает какого футбола. Теперь она из мустанга превратилась в коня-тяжеловоза. Опять-таки, с божественным Месси в седле.

Победа на Мундиале-2022, а затем и на Копа Америка, раскрепостили эту команду. Она уже не боялась быть непонятой, быть корявой, быть прямолинейной. Она уже до такой степени научилась не бояться, научилась терпеть и играть по нотам, при этом не фальшивя, что теперь ее стали бояться до степени, граничащей с уважением и ненавистью.

Именно поэтому – из-за умения этой сборной держать удар, из-за ее почти немецкого характера и приверженности плоскостопной, но верной, как одна извилина философии Карлоса Билардо, перекроенной на новый лад Лионелем вторым, Лионель первый и получил право на свой последний танец. И в этом смысле он превзошел первого аргентинского гения.

Я не сомневаюсь, что если бы нынешняя сборная Аргентины пыталась играть в «Барселону», то у Месси последний танец на ЧМ-2026 получился таким же, как у его закадычного врага Криштиану Роналду.

Того ведь тоже заверили коллеги по сборной, что сделают все и больше, чтобы дембельский аккорд КриРо получился золотым. Но эти громкие слова так и остались словами. Отнюдь не громкими, потому что все те блестящие Силвы и Кошты не сделали и толики того, что делали и продолжают делать для Месси Энцо, Макаллистер, де Поль и прочие Хулианы.

Десять игроков стартового состава сборной Аргентины согласились ради своего былинного капитана засунуть куда подальше собственное эго. Они согласились таскать тяжеленный рояль, на котором играет престарелый вундеркинд, который, кажется, уже практически разучился бегать.

Но именно этот, уже давно не бегущий престарелый гений, как когда-то царь Леонид, сумел сплотить вокруг себя спартанцев/аргентинцев общей верой в уникальность момента, в возможность не только писать и переписывать историю, но и быть ею.

Мне кажется, что Месси платит им взаимностью. То есть, уважением и честью. И в исключительных случаях, как, например, в полуфинале против «ненавистной» Англии, Лео может себе позволить не только спортивную ходьбу, но и бег. А остальное, то бишь мастерство, оно ведь не пропьется при всем желании.

Я не знаю, как сложится финальный матч для Месси и его партнеров. С другой стороны, я знаю, что Аргентине придется играть без мяча, и если без мяча потускнела сборная Франции в матче против Испании, то не факт, что устоит и команда с десятью солдатами и одним вольным художником.

Но я ничуть не сомневаюсь, что при любом исходе финального матча нынешнего Мундиаля, Лионель Месси покинет поле настоящим царем. Его последнее танго в любом случае будет эпохальным.