Технополис завтра
Самое важное. Самое полезное. Самое интересное...
Новости Политика

Стратегическое мышление, которое сделало Америку великой

25.08.2018

В качестве предисловия alex_leshy. Интересная статья видного американского военного историка с  объяснениями, почему Трамп неправ в своем пренебрежительном отношении к  Европе. Так сказать, взгляд на историю и мир с той стороны баррикады.

За последние несколько недель президент США Дональд Трамп подверг  критике ключевых союзников, назвал Евросоюз противником, а Россию –  дружественным, достойным уважения конкурентом. Таким образом Трамп  пытается умиротворить российского лидера Владимира Путина, который не  только системно работает над расширением влияния России в мире, но и  активно поддерживает авторитарные режимы, отказавшиеся от ценностей  либеральной демократии и свободного рынка.

Примечание Владимира Зыкова. И с первых же строк промывка мозгов :) Путин "системно работает над расширением влияния России в мире". Так ведь и Трамп делает то же самое для США, и вообще это обязанность любого президента любой страны, для того и выбирали.

И "активно поддерживает авторитарные режимы, отказавшиеся от ценностей  либеральной демократии и свободного рынка". Ежели отказались от ценностей либеральной демократии - значит, авторитарные. Без вариантов. Так это ваши ценности, они для вас ценны, для вас удобны, а не для них, почему же они должны вас поддерживать во вред себе? Только потому, что у вас авианосцев больше? Или потому, что глаза у вас красивые? Или, может, вы настолько умнее других народов, что кто-то дал вам право указывать другим, как им жить? :)

Стратегия Трампа по  укреплению величия Соединенных Штатов – это повестка «Америка прежде  всего», т.е. минимизация обязательств перед союзниками, отношение ко  всем как к конкурентам, освобождение США от ограничений, навязываемых  международными институтами, достижение торговых преимуществ посредством  двусторонних переговоров, наращивание военной мощи, дружеские отношения с  диктаторами, если они готовы его поддерживать и односторонние действия в  ситуациях с нулевой суммой.

До Трампа – при администрациях от Франклина Рузвельта до Джорджа  Буша-старшего – основой внешнеполитической стратегии США был принцип  «Европа прежде всего». Он заключался в поиске демократических союзников в  важнейших регионах мира, в особенности по ту сторону Атлантики,  поддержке мультикультурных институтов и противодействии попыткам врагов  взять под свой контроль природные ресурсы, промышленную инфраструктуру и  квалифицированную рабочую силу в Европе и Азии. Речь никогда не шла  исключительно о Европе. Стратегия была инструментом, с помощью которого  политики защищали демократический капитализм и жизненно важные интересы и  ценности США – не только за рубежом, но и дома. Из всех фундаментальных  основ американской внешней политики, которые Трамп поставил под  сомнение с момента своего прихода в Белый дом, отказ от стратегии  «Европа прежде всего» кажется самым опасным.

Нацистская угроза

29 декабря 1940 г. президент Франклин Рузвельт обратился к нации в  ходе очередной «беседы у камина». Это радиообращение отличалось от  предыдущих, с которыми президент выступал с 1933 года. «Это не беседа о  войне, –  сказал Рузвельт, – речь идет о национальной безопасности».  Президент США впервые открыто говорил о национальной безопасности и  именно так ее и называл. Рузвельт хотел предупредить американцев об  угрозе, которую представлял Берлинский договор, подписанный в сентябре  1940 г. странами «оси» – Германией, Италией и Японией.

Посыл обращения заключался в следующем. Во-первых, Рузвельт хотел  проинформировать нацию о выводах, к которым пришли военные во главе с  адмиралом Харольдом Старком и генералом Джорджем Маршаллом: главную  угрозу безопасности представляет Германия, а не Япония. Старк опасался,  что Германия нанесет поражение Великобритании, будет доминировать в  Атлантике  и получит контроль над ресурсами, промышленной  инфраструктурой и квалифицированной рабочей силой Северо-Западной  Европы. Ни одна держава, утверждал Старк, не должна доминировать на  континенте, контролировать торговые пути через Атлантику и проникать в  Западное полушарие. Он советовал избегать войны с Японией и совместно с  Британией и Канадой готовится к решающему конфликту на европейском  континенте.

Приоритетом американского стратегического плана (Plan Dog)  стала защита Европы от нацистской Германии. Второй, возможно, более  важный посыл обращения Рузвельта к нации заключался в том, что США не  могут поддерживать безопасность только в Западном полушарии. Если  Великобритания потерпит поражение от нацистов, предупреждал он, «все мы в  Америке окажемся под прицелом – под прицелом орудия, заряженного  разрывными снарядами, в том числе экономическими». Иными словами,  конфигурация сил на международной арене оказывала серьезное воздействие  на свободную политическую экономию дома. «Мы не можем избежать  опасности», – подчеркивал Рузвельт, – «забравшись в постель и с головой  накрывшись одеялом».

Рузвельт прямо говорил об угрозе, которая исходила от его  оппонентов-изоляционистов, считавших, что США смогут выжить и процветать  без демократических союзников в Европе. Изоляционисты, предупреждал  Рузвельт, утверждают, что руководствуются интересами Америки, но на  самом деле неосознанно «помогают и поощряют» попытки врагов «посеять  подозрения и разногласия» в различных слоях американского общества.  «Европа прежде всего» должна вытеснить принцип «Америка прежде всего» по  стратегическим, экономическим и идеологическим причинам.

Со стратегической точки зрения «Европа прежде всего» означает, что  нельзя допустить победы Германии над Великобританией и поглощения  ресурсов Европы и Советского Союза, а также ее доминирования в небе над  Атлантикой и на море. Кроме того, нельзя позволить, чтобы страны  Латинской Америки оказались втянутыми в орбиту нацизма благодаря  притягательности фашистской идеологии, привлекательности гигантского  рынка, а также подрывной деятельности эмигрантов и шпионов.

С точки зрения экономики, нужно было помешать Германии создать  автаркический экономический блок с квотами, тарифами, валютным контролем  и бартерными соглашениями. Подобный экономический блок дискриминировал  бы американские товары, нанес ущерб экономике США и заставил Вашингтон  прикладывать все больше усилий в экспортной торговле, чтобы  противодействовать экономическим возможностям нацистского левиафана.

Примечание Владимира Зыкова. Историк скромно умолчал про способ, которым этого добились: помогли Советскому союзу с индустриализацией, уравняли его силы с немецкими, а потом столкнули их между собой в надежде, что конкуренты уничтожат друг друга. Получилось не так, как планировали... "Тиран Сталин" (с) всё-таки перехитрил хитромудрых Трумэна и Черчилля. Потому и второй фронт в войне не спешили открывать: только когда стало ясно, что СССР всё-таки побеждает, ввели войска, чтобы помешать СССР захватить всю Европу.

С идеологической и политической точки зрения, германская гегемония  могла превратить США в «одинокий остров в мире, где доминирует философия  силы». Изоляционисты считали подобную перспективу привлекательной, но  Рузвельт опасался кошмара, когда люди «окажутся в тюрьме, прикованными  наручниками, голодными, и время от времени сквозь решетку их будут  кормить безжалостные хозяева с других континентов».

Стратегическая концепция Рузвельта была проста: Соединенные Штаты не  смогут быть свободными, не смогут быть «прежде всего» и по сути не  смогут выжить, если не будут экономически, стратегически и идеологически  связаны с похожими странами по всему миру.

Примечание Владимира Зыкова. Ну, то есть, США искали себе союзников. Понятно. А почему другие страны не имеют права делать то же самое?

Великобритания должна  выжить, а демократическая Европа должна быть освобождена, чтобы  предпринимательство и политическая свобода могли процветать в США. Эта  простая концепция работала во время войны, помогла обеспечить хрупкий  мир, а затем сформировать основы политического порядка, который привел к  триумфу в холодной войне и принес беспрецедентное богатство и свободу  народам Европы и Азии.

Примечание Владимира Зыкова. Европы - понятно, а Азии? Кто там, кроме Японии? Быть может, Вьетнам? А за чей счёт это богатство? Почему он Африку не вспомнил?

Сложный выбор

Весной 1945 г., когда горячая война закончилась, ведущие американские  эксперты по международным отношениям при финансовой поддержке Института  Брукингса провели исследование и определили послевоенные стратегические  императивы. Их выводы были однозначными: ни одна держава или коалиция  держав не должна доминировать в Евразии.

Примечание Владимира Зыкова. А почему ни одна, собственно? Ну ладно, с Советским союзом понятно, а если взять, к примеру, Францию? Чем она перед США провинилась, что не должна доминировать?

В то время только Советский  Союз и бывшие страны «оси» могли стать ядром антиамериканской коалиции,  которая могла угрожать безопасности США. Эксперты не стремились к  конфликту с Москвой и не прогнозировали ничего похожего на будущую  холодную войну. Тем не менее они утверждали, что нельзя допустить  бесконечной экспансии СССР на Запад.

Примечание Владимира Зыкова. Ну да, не стремились, конечно... И атомную бомбу просто так изобрели. И Сталину намекнули, что Хиросима и Нагасаки были просто проверкой, а вообще-то она для вас... Холодную войну не прогнозировали, да, но лишь потому, что планировали войну горячую: планы-то не секретны давно, зачем врать? Просто опять получилось не так, как планировали, второй раз уже: СССР таки создал атомную бомбу и носители к ней. Затевать горячую войну стало страшно, обошлись холодной...

Ознакомившись с исследованием, военные поддержали его основные  выводы. Они полагали, что новая война может оказаться затяжной, и  преимущество получит страна, обладающая технологическим и промышленным  превосходством. Поэтому в мирное время нужно противодействовать попыткам  Кремля взять под контроль промышленную инфраструктуру,  квалифицированную рабочую силу, сырье и передовые базы, которые позволят  эффективно вести войну. Соединенным Штатам необходимо иметь союзников в  Северо-Западной Европе и Северо-Восточной Азии. Как отмечали в  Объединенном комитете начальников штабов, «потенциальная военная мощь  Старого мира с точки зрения живой силы и боеспособности многократно  превышает возможности Западного полушария». Как и во время Второй  мировой войны, простая стратегическая концепция «Европа прежде всего»  превалировала над всеми остальными в период холодной войны.

В конце Второй мировой войны стратеги считали, что Советский Союз  слишком ослаблен и не пойдет на прямую военную агрессию. Кроме того, у  СССР нет атомной бомбы, стратегической авиации и надводного флота. Тем  не менее американские политики, военные и аналитики спецслужб опасались,  что Москва может получить контроль над значительной территорией Европы  другими средствами. В апреле 1945 г. помощник министра обороны США Джон  Макклой отправился в Европу и сообщил своему шефу Генри Стимсону о  «полном экономическом, социальном и политическом разрушении Центральной  Европы, масштабы которого не имеют аналогов в истории». Стимсон, в свою  очередь, проинформировал президента Гарри Трумэна о том, что зимой в  Европе грянут «эпидемии и голод», за которыми последуют «политические  революции и проникновение коммунизма». Советская армия уже доминировала в  Восточной Европе. А в Западной Европе СССР мог вызвать экономический  хаос, социальные волнения и политические беспорядки. По окончании войны  коммунистические и социалистические партии стали набирать популярность,  набирая от 20 до 35% голосов на выборах во Франции, Италии и Финляндии,  около 10% голосов – в Бельгии, Дании, Норвегии, Нидерландах и Швеции. По  всей Европе люди требовали земельной реформы, национализации и  социальной защиты. В Великобритании Лейбористская партия, одержав победу  над Уинстоном Черчиллем, приступила к национализации отраслей  промышленности и созданию системы социального обеспечения.

Экономическая ситуация выглядела угрожающе. В 1947 г. почти две трети  торговли в Западной Европе были организованы на двустороннем уровне на  основе валютного контроля, бартерных соглашений и количественных  ограничений. Эти условия противоречили принципам многосторонней,  открытой торговли и финансовой деятельности, которые Соединенные Штаты  считали необходимыми для полной занятости и свободной политической  экономии дома. В марте 1947 года, за неделю до обнародования своей  доктрины, Трумэн предупредил американцев о том, что распространение  валютного контроля, квот и тарифов в Европе в конечном итоге поставит  под угрозу основные свободы в США, в первую очередь – свободу  предпринимательства. Мир движется к централизованному планированию, и  Соединенным Штатам придется переходить на аналогичные механизмы, чтобы  бороться за рынки и сырье. Поэтому, подчеркивал Трумэн, нужно создавать  новые многосторонние институты – Всемирный банк, Международный валютный  фонд, Всемирную торговую организацию, чтобы противодействовать  тоталитарным противникам и защищать демократический капитализм дома.

Намерения советского лидера Иосифа Сталина казались однозначно  пугающими, когда в 1946 г. он отказался выводить войска из Ирана и стал  давить на Турцию, чтобы получить доступ к проливам Босфор и Дарданеллы. В  1946 г. в Греции вспыхнула гражданская война между роялистами и  коммунистами. Британцы объявили о выводе своих войск из Восточного  Средиземноморья, что привело к обострению конфликта. Трумэн опасался,  что успехи коммунистов в Греции вызовут «эффект победителей» в Европе.  Из-за бездействия США «русские могут получить огромные территории,  которые пока им не принадлежат».

Столкнувшись с перспективой стратегического поражения, Трумэн провел  перестановки в своем кабинете. Джордж Маршалл, только что вернувшийся  домой после неудачной попытки остановить гражданскую войну в Китае, стал  госсекретарем. Маршалл привел Джорджа Кеннана, который возглавил отдел  политического планирования. Затем Трумэн представил в Конгрессе новую  инициативу. Президент предложил американскую военную помощь,  экономическую поддержку и советников Греции и Турции, чтобы они могли  сделать выбор между коммунистическим тоталитаризмом и демократическим  капитализмом.

Американские военные поддержали стратегию Трумэна, но не знали, как  реализовать ее на практике. Маршалл и следующий госсекретарь Дин Ачесон  вместе с военным министром Робертом Паттерсоном и министром ВМС Джеймсом  Форрестолом создали координационный комитет для разработки  всеобъемлющей программы помощи. Они рекомендовали считать остроту  ситуации основным критерием при определении приоритетов. Таким образом,  Австрия, Франция, Греция, Иран, Италия, Корея и Турция оказались во  главе списка. Объединенный комитет начальников штабов провел собственный  анализ и дал другие рекомендации: приоритетная помощь должна быть  оказана Великобритании, Франции и Западной Германии, поскольку  восстановление германской промышленности  было необходимо для  экономического восстановления соседней Франции и, следовательно,  способствовало бы безопасности США, Канады и Великобритании.  Рекомендации военных совпали с точкой зрения Кеннана и его отдела  политического планирования, который завершал подготовку плана  экономического восстановления Европы, известного как план Маршалла.

Примечание Владимира Зыкова. В некоторых странах многие, не только обыватели, но и профессиональные политики, раскатывают губу на то, что для их стран добрые американцы тоже устроят нечто подобное плану Маршалла. Дескать, прилетит вдруг волшебник в голубом вертолёте, и мы, ни разу не напрягаясь, заживём!.. Но прилетает только голубой, и вовсе не вертолёт. А из слов американского историка понятно, что план Маршалла "способствовал безопасности США, Канады и Великобритании". Точка. Если это не так - закатайте губу. Волшебников не бывает.

Масштабная программа восстановления Европы предполагала огромные  расходы и перевооружение Америки. Нужно было делать выбор. С одной  стороны, по расчетам военных, можно было отдать приоритет восстановлению  Европы, не занимаясь перевооружением, по крайней мере пока Советский  Союз был слишком слаб, чтобы угрожать Соединенным Штатам напрямую. С  другой стороны, восстановление Европы ставило под угрозу  внутриполитические приоритеты. В тот день, когда Маршалл представил  детали своего плана в Гарварде, Трумэн признал, что «программа помощи  усугубит экономические проблемы дома». Помощь Европе стимулирует  инфляцию, подорвет покупательную способность и создаст дефицит бюджета.

В конечном итоге аналитики – и гражданские, и военные – пришли к  выводу, что выгоды за рубежом стоят издержек дома. Для выживания и  процветания США, их фундаментальных институтов и ценностей необходимо  продвигать открытую торговлю, экономическое восстановление и политику  свобод в Европе. Если Вашингтон будет бездействовать, долгосрочный  баланс сил в Европе окажется под угрозой из-за валютного кризиса,  нехватки долларов у европейских правительств, экономической разрухи,  распространения торговых и инвестиционных барьеров, а также способности  европейских коммунистов и Кремля воспользоваться этими факторами. Кеннан  предупреждал, что, если это произойдет, «традиционная концепция  безопасности Соединенных Штатов», предполагающая «наличие свободных  европейских государств, не являющихся вассалами одной державы», окажется  неработоспособной.

Примечание Владимира Зыкова. Ну ежели Кеннан был бы честным, слова "не являющихся вассалами одной державы" он бы заменил на "являющихся вассалами США" :)

Маршалл признавал, что возрождение Европы невозможно без угля и  восстановления производственных мощностей Западной Германии. Франции,  которая естественно опасалась сильной Германии, нужны были гарантии  американской военной помощи в случае советской агрессии в краткосрочной  перспективе или возникновения германской угрозы в отдаленном будущем.  Поэтому Североатлантический договор, основополагающий документ НАТО,  базировался на стратегии «Европа прежде всего» и предполагал интеграцию  потенциала Германии в сообщество демократий, создаваемое при поддержке  США. Военные отмечали отсутствие возможностей на практике предоставить  обещанные гарантии, тем не менее они полностью поддержали договор.  

Примечание Владимира Зыкова. О как! НАТО с самого начала было фейком! США никогда не собирались защищать другие страны!

Трумэн убедил страны, что США берут на себя обязательства перед  альянсом, потому что «безопасность Америки зависела от безопасности  других свободных стран». Если Западная Европа падет перед СССР, США  столкнутся с экзистенциальной военной и экономической угрозой, а «меры  защиты могут привести к банкротству нашей экономики и изменить наш образ  жизни».

Принцип «Европа прежде всего» все еще актуален

«Европа прежде всего» - стратегическая концепция, обеспечившая победу  в горячей войне со странами «оси» и в холодной войне с коммунистическим  тоталитаризмом. В обоих случаях американским стратегам пришлось  признать, что жизненно важные интересы и фундаментальные институты  страны связаны с выживанием демократических государств в Европе.  Соединенным Штатам необходимы демократические союзники для поддержания  геополитического баланса сил, который способствовал продвижению  американских экономических интересов и политических институтов как в  военное, так и в мирное время. Эти союзники также должны разделять  приверженность принципам открытого рынка, недискриминационной торговли,  низких тарифов, гражданских свобод и прав человека, которые лежат в  основе политической и экономической жизни США.

В 1940-е гг. союзники оказались сначала жертвами нацистского  доминирования, а затем коммунистического подчинения и российского  авантюризма. Сегодня те же самые страны находятся в опасности из-за  активизации правых популистских движений и авторитарных лидеров, которые  склонны к новым формам государственничества, протекционизма и  непредсказуемому поведению.

Сегодня, как и в 1940-е гг., Россия пытается использовать  недовольство населения, чтобы усилить свое влияние и изменить  конфигурацию сил в международных делах. Президент Путин укрепляет мощь  России, и сейчас не время отказываться от стратегического мышления,  которое бесспорно сделало Америку великой. Не стоит также провоцировать  сомнения союзников по поводу стратегических гарантий, которые были  необходимы для сдерживания СССР, или ослаблять многосторонние институты  (в том числе Евросоюз), которые являются фундаментальными опорами  либерального международного экономического порядка, обеспечивающего  свободные потоки капитала, товаров и рабочей силы.  Капиталистическая  экономика США вряд ли сможет процветать в мире высоких торговых тарифов,  валютного контроля, количественных ограничений и двусторонних торговых  договоренностей. Безопасность Америки невозможно обеспечить в мире, где  ключевые союзники сбиты с толку и чувствуют незащищенность, опасаясь  реваншизма России и роста популизма дома. Поэтому они склонны  действовать в одностороннем порядке и воспринимают США как еще одного  конкурента в мире государств-хищников.

Примечание Владимира Зыкова. И опять циничная, наглая ложь. Уже давно нет СССР, а Россия - глубоко буржуазная страна, а у историка США - те же древние методы. Вот потому он и историк, а не политик.

Во время Второй мировой и холодной войны американские стратеги  старались не допустить появления такого мира. Сегодня, конечно,  существуют новые угрозы, в том числе подъем Китая. Власть получила новые  измерения благодаря цифровой революции, которая уменьшила значимость  промышленного производства, основанного на стали, угле и нефти. Но  антилиберальные и меркантилистские модели международных отношений  представляют еще большую угрозу, потому что мир стал более  взаимозависимым и взаимосвязанным, чем прежде. Так, экономика  Соединенных Штатов столкнется с серьезными вызовами, если не сможет  занимать триллионы долларов за рубежом для финансирования частных и  государственных расходов.

Примечание Владимира Зыкова. Занимать? А возвращать? Не? :)

США не смогут убежать от транснациональных  угроз, связанных с изменением климата. Каждый день лесные пожары, засухи  и наводнения напоминают нам о том, что безопасность Америки неотделима  от глобальных событий.

Стратегическая логика, обеспечившая величие США в XX веке проста и  по-прежнему актуальна сегодня: сохранение открытого международного  порядка и противодействие врагам, которые хотят – прямо или косвенно –  контролировать ресурсы и промышленную инфраструктуру в Европе и Азии. 

Примечание Владимира Зыкова. Раз контролируешь ресурсы в Азии - значит враг :) Однозначно. Даже если в собственной стране...

Сдерживание и препятствование. И в то же время сотрудничество и  интеграция противников в многосторонние институты, которые обеспечивают  верховенство права, торговлю без дискриминации, стимулируют открытость  рынков, защищают права человека и укрепляют гражданское общество. Эта  работа занимает десятилетия, отступления назад неизбежны. Но если  сегодня отказаться от логики прошлого, под угрозой окажется безопасность  Соединенных Штатов и американский образ жизни.

Источник: globalaffairs.ru

https://alex-leshy.livejournal.com/1234726.html


 

Загрузка...

© 2009 Технополис завтра

Перепечатка  материалов приветствуется, при этом гиперссылка на статью или на главную страницу сайта "Технополис завтра" обязательна. Если же Ваши  правила  строже  этих,  пожалуйста,  пользуйтесь при перепечатке Вашими же правилами.