Технополис завтра
Самое важное. Самое полезное. Самое интересное...
Новости Интересное

Полёт "Интрудера", глава 5 (2/2)

3.05.2018

"Работай плавно" - универсальное средство для исправления всех пилотских огрехов. Играй на РУС и РУД, как Паганини, если бы тот должен был жонглировать болтающимся в турбулентном воздухе истребителем, пробивающимся через поглотившим весь свет проливной дождь.

- Пять два два, приближаетесь к глиссаде, приступайте к снижению... Пять два два, идёте по осевой, на глиссаде... Пять два два, ваше положение по прибору?

- Выше и справа.

- Подтверждаю, пилотируйте по прибору.

Джейк сконцентрировался на датчике АСПП. Он смотрел на него около половины времени, проверяя высотомер, указатель угла атаки, вариометр и авиагоризонт в оставшуюся половину. Пилотировать по стрелкам посадочной системы было гораздо проще, чем по световой системе. Бортовой компьютер выдавал электронное отображение глиссады, невзирая на раскачивание корабля штормовым морем. Оптическая посадочная система была стабилизирована по двум осям, компенсируя бортовую и килевую качки - но она не могла компенсировать подъём и опускание корабля на волнах.

Пока Джейк снижался, пилот "Фантома" запросил дозаправку или уход на береговой аэродром в Дананге.

- Дананг временно закрыт из-за ракетного обстрела, танкер "сухой". Мы поднимем скоро немного горючего.

- "Скоро" может быть немного поздновато! - язвительно ответил пилот.

Танкер пробил нижнюю кромку на 280 футах. Моментально Джейк переключился на визуальное пилотирование, следя за указателем угла атаки, "шаром" и осевой линией. В это время Разор доложил, что они видят "шар". Потом он поставил обдув лобового стекла на полную мощность. По мере приближения к кораблю Джейк увидел "шар" светового индикатора глиссады медленно колеблющимся в середине ряда зелёных огней шкалы. "Шар" двигался вверх, вниз и опять вверх без всякого движения ручкой или РУДами. Джейк пытался убедиться в том, что высшая и низшая точки раскачивания приблизительно одинаково удалены от средней линии. Период этого колебательного движения составлял восемь секунд. И вот началось. Кормовые огни ушли под нос и "шар" начал подниматься, показывая: или самолёт идет слишком полого, или палуба опускается. Джейк легонько тронул РУДы, уменьшая обороты. Двинул ручку от себя на йоту и тут же вернул её в прежнее положение вместе с РУДами. Этот манёвр нарушал все правила - это был так называемый "нырок за палубой". Однако это верный способ попасть на палубу, когда сесть очень нужно. Колёса основных стоек шасси отметили касание настила страшным ударом. Носовое колесо рухнуло с трёх футов на жёсткую сталь при обжатии амортизаторов основных стоек. Двигатели взвыли, разгоняясь до максимальных оборотов, когда торможение бросило обоих лётчиков на привязные ремни.

- Вот дерьмо, - выдохнул Разор. - Боже, я ненавижу это грёбаное дело.

Регулировщик руления вывел самолет к передней части надстройки - "острова". Когда самолёт зарулил, один из старшин обеспечения эскадрильи откинул со стороны пилота встроенную лестницу и вскарабкался по ней к кабине. Джейк оттянул левую часть шлема, чтобы слышать.

- Мы собираемся заправить ваши внутренние баки и снова запустить вас, - прокричал старшина, стараясь перекрыть вой двигателей на холостых оборотах. - У резервного танкера отказ. Ваша машина - наша последняя исправная.

"Отказ" - значит, у самолёта есть механические неисправности, которые необходимо устранить до взлёта. Пока старшина говорил, люди в фиолетовых куртках дивизиона заправки подтащили к самолёту шланг и подсоединили его. Джейк сбросил давление в баках и показал заправщикам большой палец.

- Мы взлетаем опять, - сказал Джейк штурману по СПУ. - Резервный накрылся.

- Какое счастье! Почему это мы опять должны лететь? Почему это у них нету другого экипажа на смену? Позови-ка этого старшину, скажи ему, пусть тащит сюда экипаж резервного танкера. Мы сменимся без выключения. Ковбой специально это мне подстроил, потому что я поскандалил с ним в раздевалке!

- Он только что сел. Как бы он успел?

- Когда погода хреновая, я так и застреваю в кабине, мотаюсь вверх и вниз, как распроклятое йо-йо! Может, кто-нибудь ещё хочет так же повеселиться?

Джейк просто перестал обращать внимание на штурмана, продолжавшего канючить по СПУ.

Заправка заняла пять минут. За это время скисший танкер успел сесть, а Стэйджкоч-двести три промазать ещё раз и, высекая гаком сноп искр, уйти ещё раз на повторный заход.

Наверное, Эйр Босс прикажет поставить барьер - гигантскую нейлоновую сеть, закрепляемую на растяжках перед последним тросом аэрофинишёра. Она может остановить самолёт на палубе с незначительными повреждениями. Но прежде, чем попасть в баррикаду, самолёт сначала должен коснуться палубы, иначе катастрофы не избежать. Вероятно, сейчас Эйр Босс взвешивал все "за" и "против" этой операции вместе с руководителем воздушного движения. Джейк взглянул на "трон" Эйр Босса в застеклённом помещении высоко над палубой, обычно называемом При-Флай. Лётчик порадовался, что это не ему принимать такое решение.

- Хреново, крепление-то растяжек барьера поломано, - прокомментировал Разор. Джейк почувствовал смущение. Это, наверное, было сказано во время предполётной подготовки, но он прослушал. Проклятье! Сегодня у него всё идёт не так, как надо. А ведь ещё он дал Сэмми горючку, не доложив на корабль об этом. Нет, Разор был прав - сегодня ночью ему точно не следовало летать.

Когда заправка была закончена и фонарь закрыт, танкер по указаниям регулировщиков вырулил к ограничительной линии с правой стороны в конце посадочной зоны. Они должны были взлетать с одной из катапульт угловой палубы, так как обе носовые катапульты были заняты под стоянки самолётов. Стэйджкоч-203 опять появился из-за завесы дождя и опять промазал. На этот раз пилот сразу понял, что безнадёжно промахивается, и отвернул сам ещё до касания палубы. Регулировщик руления вывел Джейка к катапульте номер три. Команда катапульты снимала предохранительную плиту с челнока катапульты и отводила его назад для запуска. Пилот разложил крылья, выпустил закрылки, проверил подвижность всех рулевых поверхностей, покачав ручкой и подвигав педалями. Затем скользнул на катапульту. Двадцать секунд спустя танкер был уже в воздухе и набирал высоту. Джейк запросил по радио:

- Два ноль три, какой у тебя остаток топлива?

- Пятнадцать сотен фунтов, - послышалось в ответ.

- Ладно, слушай. У тебя нет горючки подняться наверх. Я встречу тебя, если промахнёшься на этом заходе. Останешься под нижней кромкой с убранными шасси и закрылками. Я сам к тебе пристроюсь. Твоё положение сейчас?

Пилот F-4 назвал свою позицию - идёт по ветру на 1200 футах, удаление 7 миль. Джейк выровнялся на 1500 футах и пошёл по ветру, курсом, противоположным курсу корабля.

Руководитель воздушного движения вышел на связь:

- Два ноль три, если вы не сможете сесть на этом заходе и не сможете состыковаться с танкером - наберёте 5000 футов прямо по курсу корабля и катапультируетесь. "Ангел" выудит вас, ребята. Как поняли?

- Два ноль три, выполняю.

Как будто у них был выбор.

- И чтоб ни один из вас не влетел в воду!

Джейк даже не озаботился щелкнуть кнопкой микрофона в ответ. Ясное дело, никто не собирается кончать жизнь самоубийством. Конечно, если они не будут чертовски внимательны - они, считай, покойники. Вдобавок, если два парня из "Фантома" должны будут катапультироваться над морем, у них есть хороший шанс запутаться в своих парашютах и утонуть ещё до того, как вертолёт приступит к делу.

Джейк планировал свой заход. Он уже допустил две промашки сегодня ночью, не считая "нырка за палубой". "Господи, не дай мне накрыться при дозаправке!" Он сконцентрировался на доставшейся ему проблеме. "Фантом" уменьшит скорость, когда выпустит шасси и закрылки. Тогда танкер и сократит дистанцию. Они должны будут быть под нижней кромкой, что будет около 250 футов над водой. У Джейка не будет времени постоянно проверять высотомер.

- Когда мы снизимся ниже 300 футов, выдавай мне высоту каждые пять секунд, - сказал он Разору. Штурман должен будет очень внимательно наблюдать высотомер. Любое незамеченное снижение будет означать мгновенную смерть в водяной могиле.

- Если ты убьёшь меня, Графтон, - заявил Разор, - я буду пинать твою задницу в аду следующие десять тысяч лет.

Когда пилот ничего не ответил, штурман добавил:

- И какого же хрена у меня не хватило благоразумия записаться в чёртову армию?

Джейк Графтон прошёл дальше по ветру, пока "Фантом" шёл к четвёртому развороту. Когда лётчик танкера убедился, что набрал достаточную дистанцию, он также выполнил третий разворот и начал плавное снижение. К моменту четвёртого разворота он был на 500 футах. Он шёл в направлении корабля. Два ноль три был уже на глиссаде в двух милях от корабля. Ну давай же, сукин сын, сядь хоть в этот раз!

Джейк знал - это призрачная надежда. Пилот истребителя уже потерял уверенность в себе, как футбольная команда, проигрывающая с разрывом в двадцать очков. Ему нужно что-то, чтобы восстановить веру в самого себя. Возможно, хороший глоток топлива сможет успокоить его. Джейк снизился до 300 футов и был всё ещё в облаках. На 250 он стал временами пробивать нижнюю кромку, но побоялся снижаться дальше. Скорость по прибору 275 узлов, удаление по ТАКАН 5 миль. "Фантом" был в миле от корабля, докладывая "шар". Пока всё шло по плану.

Он слушал команды ЛСО между выдаваемыми Разором значениями высоты. Вдруг ряд огней выплыл из темноты.

Мать твою....!

- На себя! - завопил Разор.

Джейк рывком потянул ручку на себя и вдавил РУДы на максимал, его захлестнули растерянность и адреналин. Глаза впились в дальномер ТАКАН. Перегрузка вдавливала его в сиденье, а нос продолжал подниматься вверх. Это не мог быть авианосец!

Боже мой, это ведь эсминец обеспечения.

Он отдал ручку от себя и прибрал обороты двигателя. Оба лётчика всплыли над своими сиденьями. Они сейчас на 1000 футах и в двух милях от корабля. Им надо снижаться, и побыстрее. Джейк дал носу опуститься до пикирования под углом 10 градусов и выровнялся на 250 футах с перегрузкой в 2 "же".

- Болтер, болтер, болтер!

Ещё раз убедившись, что он в горизонтальном полёте, Джейк стал вглядываться вперёд сквозь дождь. Адреналин продолжал свою бешеную гонку. Пилот ничего не мог видеть и страх поднимался из глубины. Джейк пытался затолкать его обратно.

- Приготовься к выпуску шланга, - сказал он штурману между докладами высоты. Наконец он увидел авианосец - массу размытых красных огней в пелене дождя. Он прибавил оборотов. Истребитель был где-то впереди на 250 узлах. Графтон прибавил ещё оборотов. Скорость нарастала. Они прошли корабль, имея 350 узлов на указателе воздушной скорости и 250 футов по высотомеру.

- Стэйджкоч два ноль три, ваша позиция?

- Две мили прямо по курсу, четыреста фунтов.

Остаток топлива истребителя был почти на пределе погрешности измерения топливомера. Двигатель мог остановиться в любую секунду.

- Скорость?

- Два полсотни.

Теперь Джейк увидел истребитель. Страх стал отпускать Графтона помаленьку, пилот уменьшил тягу двигателей и приоткрыл створки воздушных тормозов.

- Мы заправим тебя на трёхстах.

Через несколько секунд они уже были рядом. Джейк прошёл у левого крыла истребителя, уравнивая скорости. В то же время истребитель добавил оборотов - в последний раз, если он не получит горючего. Пристроившись за танкером, он ввёл заправочную штангу в конус шланга одним плавным сексуальным движением. Графтон увидел зелёный огонь на панели заправочной станции. Теперь можно было приподнять нос для набора высоты.

- Вы получаете топливо, - сказал он по радио. Похоже, экипаж "Фантома" не мог внятно говорить, поэтому ответом было только множество щелчков кнопкой микрофона.

- Сколько горючего надо отдать Стэйджкоч два ноль три? - запросил Разор.

- Отдайте ему пять штук. Если он не сядет следующим заходом, мы отошлём его в Дананг. Обстрел там закончился. Как поняли, два ноль три?

- Понял. Ещё один заход.

Когда они достигли 1200 футов, Джейк развернулся по ветру и повёл истребитель на новый заход. Пилот истребителя щёлкнул микрофоном, когда закончил заправку:

- Ребята, спасибо за спасение наших задниц.

Он выпустил шасси и закрылки и исчез из зеркала заднего обзора танкера. "Удачи тебе", - подумал Джейк, когда огни истребителя растворились в темноте.

Уверенность - такая скользкая штука: в один момент она есть у кого-то, а в другой её нет. Сейчас у пилота истребителя, имени которого Джейк даже не знал, она была. Ускользала сегодня так много раз, а сейчас была. И он сел на палубу авианосца в этом заходе. 

- Теперь давай спустимся сами, - пробормотал Разор, почти молясь, когда "Фантом" поймал гаком трос аэрофинишёра. 

- Пять два два, на прямой, удаление семь миль, уменьшите скорость до посадочной. Доложите остаток.

- Три тысячи фунтов.

Джейк двинул рычаги выпуска шасси и закрылков вниз, и выпустил тормозной крюк. 

- Три внизу и на замках, закрылки во взлётном, предкрылки выпущены, створки открыты, гак выпущен, - сказал Джейк Разору, после этого уже штурман зачитал остаток списка предпосадочной проверки. Пилот уменьшил скорость до посадочной: световой индикатор указателя угла атаки возвестил об этом. 

- Пять два два, приближаетесь к глиссаде.

Джейк уменьшил обороты двигателя и оттриммировал нос чуть ниже.

- Пять два два, вы ниже глиссады.

Чёрт! Он убрал оборотов слишком много и слишком рано. Он прибавил самую малость и проверил вертикальную скорость по вариометру. Он пытался сделать снижение более пологим и выйти на глиссаду. Самолёт швыряло в турбулентном воздухе и стрелки плясали, как сумасшедшие. 

- Чуть ниже глиссады. Положение по прибору?

- Ниже и справа.

- Отставить. Вы ниже и на осевой.

Он боролся с ручкой и педалями. Он знал, что так делать нельзя, и всё же ничего не мог поделать. Похоже, что тонкие движения вообще были невозможны. Ни на одно движение РУД или ручкой управления самолёт не отзывался правильно. Всегда или слишком сильно, или слишком слабо. 

- Вы ниже глиссады, удаление три четверти мили. Доложите "шар".

Разор доложил:

- Пять два два, "Интрудер" - "шар", два запятая восемь.

- Вы низко, - был ответ ЛСО.

Джейк щёлкнул кнопкой микрофона и добавил оборотов. Слишком много.

- Высоко и быстро.

Джейк видел это. Нервничая, он убрал обороты и взял ручку на себя, пытаясь снизиться и уменьшить скорость одновременно. Получилось. "Шар" начал уходить вниз. Он добавил оборотов, чтобы поймать его. Маловато. Оранжевый луч опустился ниже зелёных огней шкалы, отмечавших заданный угол глиссады. Из жёлтого он стал красным. Так низко оставаться нельзя. Там кормовой срез палубы, рвущийся металл, чернота моря и водяная могила... Он прибавил обороты и опустил нос. Они пересекли кормовой срез при восходящем "шаре". Джейк убрал обороты. Слишком поздно! "Шар" ушёл вверх и исчез из виду, как только колёса коснулись палубы. Джейк вдавил РУДы до упора и большим пальцем убрал створки воздушных тормозов.

- Болтер, болтер, болтер!

Заветное замедление не наступило. Двигатели продолжали с воем наращивать обороты, когда палуба под самолётом закончилась и тот снова оказался в ночном воздухе в 60 футах над водой. Пилот задал угол набора 10 градусов. Высотомер начал отсчитывать набираемые футы. Джейк поймал себя на том, что ему приходится задерживаться на каждом приборе. Чтобы понять их показания, он тратил драгоценные секунды. Его способность считывать информацию исчезала. "Давай, Джейк, - сказал он самому себе. - Двигай глазами. Ещё разок! Ещё один хороший заход!"

Разор увеличил обдув лобового стекла, когда они пробили облака для следующего захода на посадку, но ничего не произошло. Дождевые капли, которые сметались с лобового стекла на скорости 300 узлов, теперь на 120 узлах растекались вертикальными струйками, образуя калейдоскоп искаженных изображений.

- Добавь обдув, - потребовал Джейк. 

- Не работает. Крылья в горизонте.

Жёлтый "шар" и зелёные ориентировочные огни были еле видны сквозь забрызганное лобовое стекло. Джейк боролся с паникой и пытался отвечать на едва слышимые команды ЛСО. Желание сесть стало навязчивым. Он шёл слишком быстро - в этом ЛСО и "светофор" были согласны друг с другом. Но он в своём кошмаре наяву не мог уменьшить обороты. Он мёртвой хваткой вцепился в ручку управления. Красные размытые пятна кормовых огней авианосца уплыли под нос и он наклонился влево, чтобы видеть "шар" сквозь левый сектор передней части фонаря. "Шар" был чуть выше и опускался! Он почувствовал, как колеса попали "домой", на твердую палубу, и нос упал вниз. Он задержал дыхание, когда вдавил РУДы до упора вперёд и ждал замедления. ... И конвульсивно выдохнул, когда оно пришло. О-о, какое благословенное, приветливое ощущение дрожи спрятанных под палубой механизмов, поглощающих миллионы футо-фунтов кинетической энергии самолёта! Он почувствовал, как самолёт слегка вильнул, повиснув на тросе аэрофинишёра, как подсечённый окунь. Потом он замер и начал катиться назад. 

Позднее Джейк переживал всё это вновь в темноте своей каюты. Он анализировал уверенность в себе, пытаясь приклеить потерянные куски обратно на место. Лётчик уверял самого себя, что никто даже не заметит трещин.

Джейк Графтон и Разор Дэрфи сошли с эскалатора на второй палубе. Джейк зашёл в гальюн, где, наконец, облегчился. Затем сел на унитаз, достал сигарету и закурил. Пахло застарелой мочой и дезинфекцией, но это не портило вкус сигареты, первой за долгие часы. Джейк опустил голову на упёртые в коленки руки, и тут усталость настигла его.

Лётные ботинки были сильно изношены. Подошва одного из них имела трещину длиной в дюйм. Кожа потрескалась. Он не почистил их ни разу за все пять лет.

Большинство кровавых пятен уже сошло с ППК - противоперегрузочного костюма - и аварийного жилета. Они были стёрты его движениями, бесконечными и безостановочными, как сама жизнь. Огнестойкий внешний слой ППК из номекса был грязен, замаслен и в некоторых местах порван, самые большие коричневые кровяные пятна выцвели и обесцветились так, что их было тяжело заметить. Вот и скорбь так же, подумал Джейк. Она сходит на нет, а жизнь продолжается.

Он закрыл глаза и прогрузился в темноту. Прошло прилично времени прежде, чем он опять открыл глаза и посмотрел на свои руки. Они дрожали, и Джейк не мог успокоить эту дрожь. Дверь открылась и вошёл Сэмми Лундин. Он остановился в дверном проёме и облокотился на косяк. 

- Ты чертовски рисковал, чтобы заправить того типа, Холодная Рука.

- Ага, - ответил Джейк, по-прежнему уставившись на выцветшие кровяные пятна - всё, что осталось от Моргана Макферсона. - Что, шкипер злится?

- Да не, ему-то что - курит свои сигары, как обычно. Экипаж того истребителя в нашей лётной комнате рассказывают всем, какой ты герой. Они чего-то лопочут о том, как ты спас их жопы. Но что со "свистков" возьмёшь, они все двинутые и будут болтать что попало.

Джейк сделал глубокую затяжку.

- Парень, ну теперь мы веселимся, - сказал он, думая о Моргане. - Ладно, а у тебя-то во время вылета что приключилось?

- Мы попали в зенитную засаду. Нам жопы чуть не отстрелили. Не могу понять до сих пор, почему они нас не прикончили. Потом нам пришлось отбомбиться без компьютера.

- Ну и как?

- Да хрен его знает. Вторичных взрывов не видели. Промахнулись по тому автопарку, наверное, на милю или две. Кто-нибудь из комми сейчас, наверное, дует на ухо какому-нибудь чокнутому репортёришке, что американские империалисты разбомбили еще одну церковь.

- Автопарк?

- Вероятный автопарк.

- За него стоит умирать?

- Мужик, во всем Индокитае нет ничего, за что стоило бы умирать, и это факт. Но сегодня эти косоглазые палили так, как будто мы хотели разбомбить гробницу самого Хо Ши Мина. Спорим, столько зениток нет даже вокруг Кремля. Нам охренительно повезло. - Он покачал головой. - Точно, повезло. Было три вторичных взрыва, когда сбросил "Роки"* на зенитки, - Лундин осклабился. - По крайней мере, ради этого стоило туда сунуться.

(*Сэмми говорит о кассетных бомбах "Рокай" - прим. перев.)

Джейк докурил и бросил окурок в писсуар.

- Чего там случилось с резервным танкером?

- А ты что - не слышал? Техника засосало в воздухозаборник.

- Боже мой, что за способ купить ферму!

- Как ни странно, он жив. Старшина увидел, куда он идёт, и прикинул, что может случиться. Рванулся и схватил его за ноги, когда тот только взлетел. Того парня засосало в воздухозаборник по колени. Потрепало его, конечно, хорошо. Потерял очки, шлем и фонарик. Всё в движок. Так что 150 000 баксов из карманов налогоплательщиков теперь спущены в сортир.

- А кто тот несчастный сосунок?

- Маггот. Он в лазарете.

- Маггот! Бедняга! - Джейк встал и взял мешок со шлемом в руки. - Я, пожалуй, зайду, скажу ему "привет".

- Когда закончишь, снимай снаряжение и дуй в лётную комнату. Этот истребитель помирает от желания тебя расцеловать и познакомить со свой сестрой-целочкой.

Джейк нашёл Маггота в одном из отделений лазарета. Безумный Джек стоял у койки.

- Он ещё в шоке, - сказал доктор. - Его немного оглушило, но слух восстановится через несколько дней. Смотри, недолго. - Приглядевшись к грязным пятнам на летном костюме Джейка, врач добавил:

- И не трогай здесь ничего.

Джейк опустил мешок со шлемом рядом с койкой и сел на стул. Лицо Маггота было почти таким же белым, как простыня. Пилот наклонился вперёд и громко проговорил:

- Ты что угодно готов выкинуть, лишь бы от работы сачкануть.

Уголки рта парня дрогнули.

- Я слыхал, ты почти что отправился повидаться с Самим.

Маггот нервно кивнул и облизал сухие губы.

- Меня засосало, как листок какой-нибудь, мистер Графтон. Я просто проходил мимо, а потом уже летел в воздухозаборник головой вперёд. Тогда подумал, что всё, крышка мне.

- Насколько я слышал, тебе почти и пришла крышка.

Глаза парня увлажнились.

- Чёрт возьми, мистер Графтон, я здорово напугался. Темнотища была и шум такой - невозможный, ничего не видно было, только чувствую, что тянет меня в компрессор. И знаю, что там лопатки меня искромсают в капусту, а не видно ничего.

На мгновение он отвернулся к стене и сморгнул слёзы.

- Я, наверное, в штаны намочил. Только не говорите никому, пожалуйста.

- Не скажу никому. Но я понимаю, о чём ты говоришь. Я знаю, что значит страх. Мы с Макферсоном много раз были перепуганы, столько раз, что я со счёта сбился.

Джейк склонился к уху Маггота и сказал театральным шёпотом:

- Если человек хоть раз не обмочился от страха, значит, он просто ещё ничего не делал.

Сложность - в сокрытии страха, в его глубоком захоронении. Джейк поднялся со стула. 

- Только не пытайся ещё раз быть ёршиком для воздухозаборников, хорошо?

Ответом была лишь слабая улыбка.

Комната предполётной подготовки эскадрильи была набита битком, когда Джейк вошёл туда. Лундин был прав. Экипаж Стэйджкоч-203 был более чем благодарен. Пилот многократно хлопал Джейка по спине и пожимал его руку. Его безукоризненно белые зубы оттеняли чёрные хорошо ухоженные усы.

- Ну, ты, блин, даёшь, Графтон, ну ты, блин, мастак! С меня причитается бутылка твоего любимого, получишь от меня в порту, честно.

Ситуация выходила из под контроля. 

- Да и ты бы поступил бы также, если бы был на моём месте.

Пилот истребителя, на именной бирке которого значилось "Драчун" Джо Бретт, отпустил руку Джейка.

- Думаю, что да, Графтон. Но насчет пузыря - я серьезно.

Вокруг стоял гвалт множества одновременных разговоров. В передней части комнаты тихонько совещались о чём-то шкипер и Ковбой. Эти шумные сеансы смеха и шуток были необходимой частью возвращения на твердь, пускай даже и не земную. Всё кончилось, когда ЛСО в белой водолазке прошёл через толпу. В руке у него была маленькая зелёная книга, в которой стенографически были записаны детали захода и посадки каждого пилота.

- Графтон, ты установил что-то типа рекорда сегодня ночью. Два захода без оценки и один на грани. Твоя крайняя посадка была худшей из того, что я видел за много лун.

В комнате воцарилась тишина. Одна половина присутствующих смотрела на ЛСО, вторая потрясённо взирала на Джейка. "На грани" означало, что заход был очень опасным, почти катастрофой. "Без оценки" - чуть выше, чем "на грани". ЛСО продолжал:

- Теперь ты знаешь не хуже меня, что при качающейся палубе ты должен быть особенно внимательным. Ты сделал "нырок за палубой" на первой посадке, на второй - слишком резко пилотировал и промахнулся. На следующем заходе ты прямо-таки напрашивался. Ты легко мог отбить колёса у самолёта или размазать его по корме. Одной прекрасной флотской ночью ты продырявишь крылья основными стойками шасси.

Дэрфи не собирался пропускать это мимо ушей.

- Эй, ты, жопа! Ты же слышал, что я сказал - обдув лобового стекла не работал. Джейк не мог ни хрена увидеть сквозь него!

ЛСО повернулся к нему.

- А вам, двум гениям, никогда не случалось получить "отмашку", уйти на второй круг и проверить АЗС на прямой к третьему развороту? Вы проверили автомат?

Разор покраснел и надвинулся на ЛСО.

- А ты включил огни "отмашки", жопомордый?

ЛСО проигнорировал штурмана и сосредоточился на лётчике.

- Ещё раз сядешь подобным образом - и я прослежу, чтобы ты никогда не сажал какой-либо самолёт на борт этого корабля.

Он повернулся и пошёл в переднюю часть комнаты. Джейк чувствовал себя так, будто оказался нагишом в церкви. Он пожал плечами и посмотрел на окружавших его смущённых людей.

- Чёрт, я же был в отчаянном положении.

Джо Бретт опять пожал руку Джейку. Голос шкипера возвысился надо всем: 

- Джейк, иди поспи малость. У нас предполётная через четыре часа.

Не говоря ни слова больше, пилот повернулся и отправился в свою каюту. Однако коммандер Кампарелли ещё не закончил. Он поманил пальцем ЛСО, который послушно подошёл и встал перед креслом командира.

- Слушай, мистер, - сказал Кампарелли, - ты знаешь своё дело и ты можешь называть их так, какими они тебе видятся. Но если ты ещё раз отчитаешь одного из моих пилотов так, как сделал сейчас - твоя жопа будет у меня на тарелке. Ты понял?

- Есть, сэр. Но...

- Кто летает, а кто нет в этой эскадрилье - решать мне, а не тебе. Всё, что мне нужно от тебя - это твоё мнение.

- Есть, сэр.

- Теперь вали отсюда. Я устал от тебя.

ЛСО прошагал к выходу.

Комэск глянул на притихшую толпу. Он остановил свой взгляд на усатом истребителе, улыбнулся ему и спросил:

- Так у тебя сестра есть?

Источник


 

Загрузка...

© 2009 Технополис завтра

Перепечатка  материалов приветствуется, при этом гиперссылка на статью или на главную страницу сайта "Технополис завтра" обязательна. Если же Ваши  правила  строже  этих,  пожалуйста,  пользуйтесь при перепечатке Вашими же правилами.