Технополис завтра
Самое важное. Самое полезное. Самое интересное...
Новости Бывало...

«Добрый царь»

Источник: "Столетие"
9.11.2012

30 лет назад, 10 ноября, скончался Л.И. Брежнев

Леонида Ильича в печати и с трибун то проклинали, то поругивали. Народная молва оказалась к нему добрее: персонаж анекдотов (нередко – злых) постепенно превратился в героя ностальгических воспоминаний.

Зеваки с претензией на образованность любили высмеивать его речевые ошибки, новороссийский говор, старческое хрипение. Но вот в высокие кабинеты пришли безукоризненные говоруны, которые тараторят на русском литературном за милую душу – правда, иногда с лёгким гарвардским акцентом. Вместо «ЗИЛов» и «Чаек» у них бронированные Мерседесы. Дома, в которых они работают и живут, обнесены стенами и окружены охраной - охранников и заборов нынче раз в 50 больше, чем во времена «экономной экономики». Но иногда орфоэпия торжествует за счёт совести.

Брежнев не обладал темпераментом борца с мировой буржуазией, который «с кувалдой в руках – да по цепям, по цепям!». Леонид Ильич не был ни великим кормчим, ни отцом народов. Он и сам не считал себя «вождём мирового пролетариата». Хотя кто, если не он, принял участие во всех главных свершениях советской эпохи и везде, как говорится, оправдал доверие: служил в армии, приложил руку к предвоенной индустриализации, воевал на передовой…

Он не раз бывал в бою
И вошел со мною вместе
В биографию мою. –

Писал про него Сергей Михалков. Стихи политесные, придворные, но суть ухвачена точно. Именно «вошёл в биографию» - хоть страны, хоть всесоюзного Михалкова.

Брежнев хворал и потерял хватку, когда царедворцы осыпали его боевыми наградами и заставили миллионы людей морщиться или улыбаться при упоминании Малой земли.

Но малоземельцы были настоящими героями, и полковника Брежнева на берегах Чёрного моря действительно покрестили огнём. Он служил, не щадя живота своего, и по праву победителя 24 июня 1945 года прошагал по Красной площади комиссаром сводного полка 4-го Украинского фронта. Парад Победы! Даже по старой чёрно-белой фотографии видно, как сияли его глаза в тот облачный летний день! И в семидесятые годы, когда Брежнев уже выглядел болезненно и с трудом говорил, когда все привыкли к его стандартным речам «по бумажке», когда он встречался с фронтовиками, слова шли от сердца и глаза сверкали. Брежнев оживал. Если бы Гостелерадио пореже показывало его муки с докладами, в нашей памяти Леонид Ильич остался бы искренним человеком, для которого фронтовое прошлое всю жизнь оставалось святыней.

После войны, в 1946 – 1950 годах он ворочал делами в должности первого секретаря сначала Запорожского, а потом Днепропетровского обкома. Это инфарктная, если не подрасстрельная служба - он руководил возрождением стратегически важнейшего промышленного края, который война превратила в огромное пожарище. В послевоенные годы выделилось немало энергичных управленцев, но Брежнев попал в число тех немногих, на кого Сталин всерьёз делал ставку. Если бы он сплоховал в Запорожье и Днепропетровске – не видать бы ему политически заметного кресла первого секретаря Компартии Молдавской ССР.

На XIX съезде Брежнев испытает головокружение от нежданного успеха: Сталин назовёт Брежнева в числе кандидатов в члены расширенного до 25-ти человек президиума (Политбюро) ЦК. Более того, Леонида Ильича избирают секретарём ЦК, переводят в Москву, на Старую площадь! Сталин приблизил его, превратил из периферийного партийного лидера в одного из самых перспективных политиков империи. В последний год вождь болел, был не слишком активен, но успел трижды принять Брежнева. Именно тогда Леонид Ильич получает квартиру на Кутузовском проспекте, в которой будет жить до конца своих дней (сейчас даже заурядный клерк, обслуживающий властную или бизнес-элиту, не согласится жить в такой тесной квартирке). В годы бескомпромиссной борьбы с «застойными явлениями» мемориальную доску с того дома отколупали, да и продали в Германию. Теперь она услаждает взоры берлинцев…

На похоронах Сталина Брежнев рыдал. Позже страна ещё не раз увидит его слёзы: он не стеснялся эмоций, не скрывал сентиментальности.

 

После Сталина Брежнев участвует в освоении целины, в покорении космоса – в самых громких проектах. В годы правления Леонида Ильича его роль, конечно, преувеличивали, но причастность Брежнева к этим трудным победам несомненна.

В 1960-м Брежнева избирают председателем Президиума Верховного Совета СССР. Должность «удобная», с пышными церемониями, поближе к наградам, к космонавтам и учёным, к артистам и героям труда, которых Брежнев радушно чествовал. Минимум черновой работы. Народ привыкал к улыбчивому южанину – теперь уже официально второму человеку в государстве. Но в июле 1964-го, когда уже складывались контуры заговора против Хрущёва, Брежнева отставляют с поста советского «президента». Он становится секретарём ЦК. Должности «второй секретарь» не существовало, но негласно именно Брежнев был вторым: он вёл заседания Политбюро в отсутствие Хрущёва, а тот отсутствовал часто и подолгу.

Брежнев доверял профессионалам. Это касалось и консультантов генсека, и глав ведомств, и секретарей обкомов. В отличие от Хрущёва, он не считал себя корифеем всего и вся, не лез с навязчивыми идеями. В начале знакомства с международником А. Бовиным Леонид Ильич огорошил его вопросом: «Ты знаешь, что такое конфронтация? А можешь мне рассказать?». Бовин кивнул. «А знаешь, что такое боровая дичь?». Бовин пожал плечами. И тут Брежнев изложил условия конвенции: «Давай так и будем работать. Ты мне будешь рассказывать про конфронтацию, а я тебе – про боровую дичь». Неплохое начало для сотрудничества политика и советника.

Фронтовое поколение долго не выпускало из рук рычаги власти. И добились они многого – это признавал даже главный оппонент системы, Александр Солженицын. Пожалуй, он даже преувеличивал успехи советской экспансии брежневских времён, но и по менее эмоциональным оценкам геополитические позиции Союза впечатляли. А для рядовых трудящихся то было время передышки после войны и послевоенной штурмовщины.

Есть основания полагать, что Леонид Ильич хотел остаться в истории миротворцем и «добрым царём», который облегчил жизнь «советскому человеку».

Брежнев воплощал концепцию коллективного руководства. Он действительно прислушивался к большинству Президиума (Политбюро) и корректировал свою точку зрения, если она не совпадала с мнением авторитетных экспертов. Для партийной вертикали Брежнев был удобным лидером, он давал понять секретарям обкомов, что является одним из них. Неприязненно относящийся к Брежневу сторонник хрущёвских реформ Ф. Бурлацкий писал: «Свой рабочий день Брежнев начинал необычно: один-два часа посвящал телефонным звонкам другим членам высшего руководства, многим авторитетным секретарям ЦК союзных республик и обкомов. Говорил он обычно в одной и той же манере — вот, мол, Иван Иванович, вопрос мы тут готовим, хотел посоветоваться, узнать твое мнение... Можно представить, каким чувством гордости наполнялось в этот момент сердце Ивана Ивановича. Так укреплялся авторитет Брежнева. Складывалось впечатление о нем как о ровном, спокойном, деликатном руководителе, который ни шагу не ступит, не посоветовавшись с другими товарищами и не получив полного одобрения своих коллег». Да, он держал руку на пульсе обкомовской жизни, не только звонил, но и немало ездил по городам и весям.

Тактической задачей Брежнева была административная изоляция А. Шелепина, предотвращение возможного заговора против нового первого секретаря ЦК. С А. Косыгиным Брежнев работал без серьёзных конфликтов и критиковал действия правительства вяло, нечасто. «Реформа? Да что реформа. Работать надо лучше – вот и вся реформа». Брежнев несравнимо уважительнее относился к правительству, чем Хрущёв или Горбачёв. Разумеется, без сложностей не обходилось. Промышленный отдел ЦК возглавлял Кириленко, ревниво относившийся к деятельности Косыгина и Совета министров. Нередко Кириленко и Косыгин скрещивали мечи на заседаниях Политбюро. Брежнев предпочитал находиться над схваткой, не давал поблажки «своему» секретарю ЦК. И Косыгин до середины 70-х мог жёстко отстаивать свою позицию.

Клеймо «застоя», разумеется, было для горбачёвских пропагандистов элементарной реализацией самого хрестоматийного принципа: «вали всё на предшественника».

Разговор о «нефтяном благополучии» брежневских лет возможен только с учётом капиталовложений в нефтяную промышленность, в освоение сибирских месторождений. Именно тогда появилась песенка:

Нам счастье досталось не с миру по нитке,

Оно от Кузбасса, оно от Магнитки.

Нефть на Брежнева не с неба пролилась. Только мобилизовав промышленность, СССР смог стать нефтегазовой сверхдержавой. Разве это – паразитирование на ресурсах? Это кровь и пот, это риск и расчёт. Это развитие, а не застой. Вспоминая о Брежневе, нельзя не упомянуть его любимца-лётчика, министра гражданской авиации Б.П. Бугаева. За годы правления Брежнева и работы министра Бугаева показатели авиаперевозок в СССР увеличились на 80 %. В любви к самолётам Брежнев был сродни Сталину. Почти в два раза возрос грузооборот гражданской авиации. Только в 2007-2008 годах Россия стала показывать в гражданской авиации результаты, сопоставимые с брежневскими. 30 лет потеряно! При этом все самолёты и вертолёты советской гражданской и военной авиации были отечественного производства. Самолётостроение нынче упало в десятки раз по сравнению с брежневским уровнем. А ведь развитие столь наукоёмкой отрасли – это и есть модернизация, о необходимости которой с апломбом рассуждают нынешние политические лидеры. Не прилетишь в модернизацию на «Боинге».

Анекдотический эпилог правления Брежнева – это полноценная трагикомедия. От недугов сильный человек обмяк и впал в эпикурейство. Сказалось переутомление послевоенных лет – он смертельно устал. Даже в официальную хронику попали шутливые, но и многозначительные жалобы вождя: «Эх, работёжка!». Авторитет генсека снижался, его, в лучшем случае, жалели. Даже правильные слова в его устах звучали неубедительно, вызывали улыбку. Когда-то он был первоклассным политическим актёром – а тут… Для него писали мудрые речи – например, о том, что каждый гражданин из нас должен чувствовать себя хозяином страны, к каждой общей проблеме надо относиться, как к личной. Если бы эти слова произнёс талантливый пятидесятилетний строитель уникального Газопровода – они бы не показались дежурным риторическим клише. А Брежневу уже не верили. На излишнее честолюбие правителей народная молва отвечает презрением. Особенно, если видит, что правитель ослаб.

Китайским коммунистам удалось на наших глазах несколько раз провести смену номенклатурного караула. В семидесятые годы в СССР проявило себя новое поколение управленцев – индустриальная политика Брежнева-Косыгина давала им возможность проявить себя. Так следовало и на политические роли выдвигать лидеров из успешных отраслей. Не из Ставрополья, а со строек и заводов, у которых был ореол успеха.

Если бы в 1974 году Леонид Ильич передал власть сильному молодому лидеру – его десятилетнее правление стало бы бесспорным украшением истории. А так – нам предстоит нескончаемый спор.

Брежнева и его эпоху критикуют с противоположных позиций:

А) Законсервировал сталинскую командно-административную систему.

Б) Вернул элементы рыночной экономики, чем развратил обывателя, укрепил дух корыстолюбивого мещанства.

В) Упиваясь ролью военно-промышленной сверхдержавы, мы истощили экономику. Страна задыхалась от продовольственного дефицита и нехватки качественных «товаров народного потребления».

Г) Расшаталась дисциплина.

Д) Укрепилось полицейское государство со всевластием КГБ.

Е) Началась война в Афганистане.

Ё) Никто не верил в коммунизм, но звучали ритуальные заклинания вперемешку со славословиями вождю.

Ж) Постаревшее руководство вызывало смех, не соответствовало времени… Они не могли осмыслить эпоху научно-технической революции.

З) Брежнев испугался вступить в открытую конфронтацию с Западом, следовало поддержать революцию 1968-го и «поджечь» Латинскую Америку.

И) Брежнев ответствен за приход к власти перестройщиков, проигравших страну.

Здесь многое справедливо. Но будем помнить, что политика – искусство компромисса, а поколение Брежнева вынуждено было лихорадочно крепить оборону – не сворачивать же знамёна? Но и уровень жизни повышался – медленнее, чем хотелось, но повышался же! Вспомним, что никогда ни до, ни после Брежнева собственное жильё для молодой семьи не было таким доступным, как в 1980 – 1982-м. А про беспроцентные кредиты вы слыхали? Строились города и промышленные гиганты, страна выходила на мировой рынок не в роли статиста, но лидера альтернативной экономической системы. Мы должны оценить искусство управлять по-настоящему многонациональной страной. Даже во время Афганской войны Советский Союз не страдал от терроризма, собственные и пришлые «душманы» у нас появились, когда репутацию давно покойного Брежнева добивали запоздалые пародисты…

Мы не заслужили права презрительно называть ту эпоху «застоем». Для миллионов профессионалов в нашей стране застой начался в 1992 году, когда остановились станки и рейсшины.

 

Экономические возможности и политический авторитет современной России зиждется на достижениях брежневских инженеров, геологов, дипломатов, военных… Свою вахту Леонид Брежнев отстоял без провалов, хотя и не построил город Солнца.

Арсений Замостьянов

 
Социальные комментарии Cackle
Loading...
Загрузка...

© 2009 Технополис завтра

Перепечатка  материалов приветствуется, при этом гиперссылка на статью или на главную страницу сайта "Технополис завтра" обязательна. Если же Ваши  правила  строже  этих,  пожалуйста,  пользуйтесь при перепечатке Вашими же правилами.