Самое важное. Самое полезное. Самое интересное...
Loading...

О чем говорят письма с фронта?

7 мая 2009
<
Увеличить фото... Увеличить фото... Увеличить фото...  
Источник: "Технополис"

Чем дальше вглубь истории уходят годы Великой Отечественной войны, тем ценнее становятся подлинные документы того времени. К ним относятся и письма с фронта. Это бесценные свидетели той страшной войны.
В музее истории города хранятся эти реликвии, которые раскрывают сердца и души тех, кто их писал. Не принято читать чужие письма, но эти письма исключение. В них жесткая правда тех лет, горечь и тоска, любовь и ненависть.

 

В музейной коллекции более 20 писем, которые были написаны нашим земляком Иваном Терентьевичем Пономаревым. Перед Великой Отечественной войной он был секретарем Краматорского горкома комсомола. В первые дни войны ушел добровольцем на фронт. Его письма – это целая жизнь, его подвиг и трагедия семьи. Несколько из них адресованы родителям, но в основном они были написаны жене – Валентине. Каждое из них начинается словами «Здравствуй милая, любимая Валичка!»


Из писем мы узнаем, что И. Т. Пономарев был направлен на учебу в Военную Академию в Москву, и после ее окончания отбыл на фронт, где проходил стажировку. В письме от 4.VIII. 1942 года он пишет «…С нетерпением жду, пока закончу стажировку и получу самостоятельную работу…», «…Чувствую себя хорошо, письмо пишу под звуки артиллерийской музыки, а сплю так крепко и привычно, не смотря на разрывы снарядов и мин вблизи, привыкаешь ко всему. На оставшихся 15 дней стажировки предстоит пережить еще больше, что я уже испытал на себе. Я был уже в бою 27.VII – и этот день будет навсегда в моей памяти: идешь, ползешь, перебегаешь под градом пуль и снарядов, на открытом месте. Попал под минометный огонь, но удачно по инстинкту вышел ползком из под обстрела, сидел в воронке некоторое время, а мысли мои о тебе с тобой… Ночи у нас можно сказать прекрасные какие могут быть на больших гуляньях. Вокруг нас огни разного цвета льются в воздух и обратно на земь как феерверки. Наши самолеты ночью крепко дают себя знать немцам, а они стреляют по самолетам трассирующими пулями, пускают ракеты, светят прожектора, а самолеты особенно наши крепости стреляют по прожекторам и так до рассвета, а немцы со злости бросают к нам мины, и получается точно гулянье в саду с феерверками и артиллерийской музыкой. Валечка, помнишь, мы пели «Катюшу» на новый лад. Эх и «катюша» до чего она хороша, правда у нас есть подобен ей «Иван Иванович». Ну а если они начнут петь я представляю теперь как чувствуют себя немцы. Я был 200 метров каких-нибудь от немцев когда по ним по другую сторону реки запела «катюша». Все перемалывает вместе с огнем. Был у артиллеристов на КП когда они давали команду «Как только запоет Катюша, подпевать ей басом». «Пой песню о Катюше, Валя, она этого достойна.
Пишу письмо и мне сообщили о гибели товарища Никитина, какой хороший товарищ, Валя, как жаль и тем более что погиб он случайно. Наскочил на собственную мину и погиб. На войне, Валя, не знаешь где подстерегает тебя смерть».


  9.VII – 1942г.
«…Хотя я на стажировке все же я непосредственно участвую в боях …. В бою всего бывает может придется сложить голову за свою родину и может нам больше не придется встретиться, одна мысль об этом меня сильно беспокоит. Я прошу тебя, Валичка меня ни в чем не осуждать…».

До войны Иван Терентьевич Пономарев имел большую дружную семью, в которой было трое детей. Когда нависла угроза оккупации города, его жена Валентина была эвакуирована с двумя детьми в тыл. Третья дочь, Аллочка, осталась с его родителями в Краматорске.
 

Из писем жены Иван узнал о трагедии, постигшей его семью во время следования в тыл. Он пишет: «… Гитлер заставил тебя как и многих наших братьев и сестер покинуть свой родной дом и выехать в глубь страны. Только благодаря войне навязанной нам Гитлером ты попала в такие тяжелые условия, которые унесли от нас навсегда любимого сына Вову, дочь Люсю, оставшиеся отец, мать и Аллочка вынуждены переживать голод, нужду, унижение от гитлеровских бандитов… Кто знает какова их судьба, живы они или нет.
Все это определяет мое поведение в бою, поведение зовущее к беспощадной мести за своих детей, родителей, за тебя Валя, за любимую родину переживаемую разорение от подлых бандитов, убийц и насильников. Мой недостаток, что у меня еще не достаточно опыта…»

 

После прохождения стажировки майор И. Т. Пономарев 16 сентября 1942 года был назначен помощником начальника политотдела по работе среди комсомольцев 170 стрелковой дивизии Северо-Западного фронта.
При первой же возможности он пишет письма своей любимой Валечке в Башкирию, г. Белебей, где она жила и работала в тылу. Письма полны тепла и заботы о близком, дорогом человеке. Он делится своими мыслями, переживаниями, описывает будни фронтовой жизни, героизм своих товарищей. 


  1. 12. 1942 г. 
«… Вот уже четыре дня мы ведем напряженные бои с противником, потеснили его, захватили мы 8 пленных и трофеи. Немцы чувствуют, что наш успех их гибель и поэтому дерутся до последнего, причем на нашем участке находятся матерые фашисты «СС». Но наши бойцы в основном дерутся как львы. Вот один из эпизодов: при захвате ДЗОТов – лейтенант Воронин во главе бойцов блокируя ДЗоТ первым ворвался в него, навстречу ему выскакивает фриц с гранатами в обеих руках. Воронин не растерялся и со всей силы полный гнева и ярости к немцу ударил кулаком в зубы, выбил несколько зубов фрицу и захватил его в плен. Замечательно борятся наши бойцы в подавляющем большинстве и примеров можно привести много.
Я сегодня от немцев был в 70-100 метрах, вел огонь по ним прямой наводкой из орудия. Разбили ДЗоТ, захватили пленных».


  7.ХІІ.42 г.
«Здравствуй любимая Валичка! Привет тебе дорогая с фронта от твоего друга, обнимаю и крепко целую тебя, Валичка!
Пришёл с переднего края, сижу в землянке и пишу тебе письмецо. Не могу, чтобы не поделиться с тобой впечатлениями; которые ощутил идя в землянку, чтобы пообедать и немного отдохнуть. Какая замечательная природа, идёшь и любуешься и как не любоваться ней. Ты представь, Валя, что находишься в сосновом бору Святогорска, только разве сравнишь леса Волдайской возвышенности с Лиманскими лесами. Стоят густые, высокие сосны, покрытые снежным покровом, лёгкий ветерок чуть колышет мелкие деревья, а на землю плавно опускаются снежинки, вспомни такой красивый зимний вечер, в который обязательно хочется быть на воздухе, играть в снежки, кататься на коньках или лыжах.
И как мне стало больно, жалко, что проклятая война принесла нам горе, что мы теперь в лесах, где раньше бродил лишь зверь вынуждены вести бои, забыв про уют, досуг, отдых где-либо: в кино, в театре, на катке или за чашкой чая дома. 
Как мне до глубины души больно стало, когда я вспомнил, что бывало придешь вечером домой с работы, а тебя ожидают Люся, Вова, Алочка, когда они садятся на диване, а я читаю им «Мурзилку», или когда заведу патефон, а они сидят кругом стола и слушают музыку или рассказы Рины Зелёной. Вспомнил, как Вова и Алочка, чтобы меня «попугать», залазят под стол и мурлычат «гу-гу-гу», а я их после качаю на руках или превращаюсь в «лошадку» и бегаю с ними по комнате. Все эти воспоминания будят такие тихие вечера в окружении замечательной природы. И только раскаты орудийных залпов, где-то далеко-далеко, треском пулемётной стрельбы и, особенно, разрывы мин, в метрах 15-ти прервали воспоминания о былом и вернули мои мысли в настоящее. А настоящее, Валечка, это война за истребление двуногих зверей, пытающихся отнять у нас жизнь, свободу, счастье, война беспощадная, пока не будет истреблён последний немец, который будет ещё топтать нашу землю. А то, что они будут истреблены как собаки, я написал как собаки, и мне кажется, что я сравнением немца с собакой обидел последнюю, вне всякого сомнения.
… С какой ненавистью, упорством, геройством и мужеством борются наши бойцы и командиры в боях с немецко-фашистскими захватчиками, люди пренебрегают смертью во имя победы. Я тебе приведу пример храбрости моих комсомольцев. Вот, например, молодой комсомолец, разведчик Дубовицкий штурмовал с группой бойцов немецкий ДзоТ, первым вырвался в траншею, громя немцев. Один из гадов успел выстрелить в Дубовицкого, он, умирая, кричал: «Товарищи, бейте гадов, не давайте им пощады».
Или вот, молодой сержант Кирющенко ворвался в траншею к немцам, убил одного фрица, видит - два немца направляют пулемёт на наших бойцов, он их убивает из автомата, берёт пулемёт и стреляет из него по немцам. В этом бою он уничтожил 10 немцев».


  29. ХІІ.1942 г.
“Последние четыре ночи почти не спал, был в части на передовой. Бои идут напряжённые, мы прилагаем все силы, чтобы окончательно сломить сопротивление немцев, и гнать их на Запад, также, как и на других фронтах.
Особенно успешно идёт наступление наших войск в среднем течении Дона и Сталинградском направлении. За 11 дней прошли 200 км, скоро и наши войска ворвутся в Донбасс и погонят немцев из родного Краматорска. Скорей бы дать вздохнуть свободно родным, если они еще живы. 
…Сегодня у нас большое горе, погиб командир нашей дивизии и другие товарищи. Попал снаряд в блиндаж и разбил его, причём три снаряда. А какой замечательный был командир, товарищ, трудно оценить, дважды орденоносец, для всех нас это большая потеря, тем более, когда мы 31. ХІІ.-42 будем отмечать годовщину дивизии, а командир, любимец наш погиб.
Валя, за фотографии спасибо, ношу их вместе с партбилетом на сердце, правда только в фрицевском карманном альбоме, но ничего, альбом сам собой замечательный. Вместе с тобой я пройду в борьбе к победе и с ней возвращусь к тебе, а если погибну то также с тобой, моя любимая подруга».

   
  11 марта 1943 г.
«… Если бы ты знала Валичка как я тебя ценю, как я тебя люблю. Тебя я очень любил раньше, когда мы жили дома, еще больше я люблю тебя сейчас.
На фронте любимый человек становится еще больше любим, еще больше дорог чем когда либо. Ты всегда со мной, воодушевляешь меня в работе. Не даром в песне поется

В кармане маленьком моем
Есть карточка твоя 
Так значит мы всегда вдвоем 
Моя любимая!
…Остаюсь с приветом, обнимаю и крепко целую тебя моя любимая Валичка.
Твой Ваня».

   
 10 июля 1943 года
«… Утром 5.VII.-43 г. я как и мои товарищи были подняты сильной канонадой артиллерийского наступления немцев. В воздухе сплошной гул создали беспрерывно летящие тяжёлые бомбардировщики по 30-40 в каждом эшелоне. Так было нарушено затишье очередным генеральным наступлением немцев. Ясно нам было, что бои будут жестокие и кровопролитные. 
Когда я пишу эти строки прошло 5 дней боёв. На нашем направлении немцы не продвинулись нисколько, а потери понесли громадные. На Белгородском они также успеха не имеют. Перебежчики, кроме пленных, идут к нам, настроение у них неважное. Животный страх – расплата за свои авантюры и бандитизм толкает их в наступление».

   
 19.VIII. 1943 года.
«Здравствуй моя дорогая и любимая Валичка!
…Вообще я тебе очень мало писал со времени, когда мы перешли в наступление на Орловском, а теперь продолжаем его на Брянском направлении. За это время, Валичка, несмотря на тяжесть, иной раз, обстановки, чувствуешь себя хорошо, настроение прекрасное и, особенно, со времени, когда мы пошли по освобождённой от немцев земле. Мы освободили много территории, на ней много хлеба, овощей, но также и людей. Немцы – проклятые бандиты, как правило, сжигали сёла, а трудоспособное население угоняли с собой, угоняли, грабя всё имущество, а также скот, курей и т. д. Какая злость, ненависть в груди, когда смотришь на горящее село или войдёшь в его, а там одно пепелище. Но очень много сёл удалось спасти, почти целыми, а людей, которых он гнал с собой, освободить. Ты знаешь, Валичка, немцы при своём господстве завели порядки барщины. В селе Шаховцы, заняв дачную усадьбу поселился немецкий помещик, который сгонял с окружающих сёл людей и заставлял работать от зари до зари. Тех, кто работает плохо, даже, разогнув спину, вздумает отдохнуть, постигала резиновая дубинка надсмотрщика. А тех, кто не выходил работать, скрываясь, отправляли на каторгу в Германию.
Мне пришлось разговаривать с парнишкой, побывавшем в Германии, гор. Кёльне. Так он, чтобы избавиться от рабского труда и унижений испортил себе ноги. За все эти злодеяния наши бойцы, представляешь, Валя, с каким поделом громят немцев».

Узнав об освобождении Краматорска, Иван Терентьевич пишет взволнованное письмо своим родителям в родной город.
   
  9.09.1943 г.
«Здравствуйте мои дорогие, любимые папа и мама, здравствуйте родные мои, сёстры Наца и Мотя, здравствуйте, милые крошки, Алочка и племянники.
Сердце моё исстрадалось по Вас, предчувствуя, что вы пережили неизмеримое горе, нужду, голод и холод, принесшее Вам немецкими бандитами. Я вот пишу письмо, а душа моя каменеет от мысли, что может быть Вас кого-либо нет в живых, что может быть, вы лишились крова и вынуждены сидеть где-то в подземелье, почти ничем не обеспеченные. Вот почему я с нетерпением ждал освобождения родного Краматорска, чтобы услышать о Вашей судьбе. Пишите мне все, все мне нужно знать Ваше горе пережитое, чтобы еще крепче бить немцев.
Вы, очевидно, не верили, что Красная Армия освободит Вас и не только это, а даже то, что и Красной Армии и Советской власти уже нет. Всё это чепуха, фашистский бред. Красная Армия жива, сильна да еще и как сильна. Мы в этом году не только сорвали наступление немцев, но и сами перешли в решительное наступление, разбив немцев под Орлом, Харьковом, Таганрогом, в Донбассе и освободили большую территорию. Я теперь могу Вам сказать, что в этом году и никогда уже немцы теперь не возвратятся. Не то время, это уже не 1941-1942 годы. Песня их спета, час расплаты настал, победа близится.
Вы также, очевидно, не думали, что Ваш сын Иван Терентьевич еще жив, что бьёт немцев и будет бить пока есть сила. Да папа и мама, эти трудные месяцы я честно прошёл в борьбе не на жизнь, а на смерть. Я всё отдавал для скорейшего освобождения вас от фашистского ига. … В сентябре 1942 года я был награждён медалью «За боевые заслуги». В боях неоднократно моя жизнь обрекалась, но каким-то чудом я оставался жив. Так моя боевая деятельность продолжается и по сей день. В марте месяце 1943 года я был награждён второй медалью «За боевые заслуги», а в августе месяце 1943 г. я был награждён в третий раз орденом «Красная Звезда». Работаю на ответственной работе, называюсь майором, по-прежнему воюю.
В этом году мы отличились особенно, за что дважды получили Сталинские благодарности и третью от командующего. Вступили в северную Украину и бьём немцев, отбрасывая их на Запад.
Чувствую себя, мои дорогие родители, хорошо и бодро. Все мои помыслы теперь с Вами. Мне хоть одно слово узнать – «Живы» и это для меня большущее счастье».

Из последующих писем Ивана Терентьевича Пономарева видно, что связь с родными была установлена и велась переписка. В одном из писем родителям он пишет: «Я много скучаю и беспокоюсь о Вас. Очень часто у меня возникают сокровенные мысли – побывать с Вами несколько минут. И в минуты отдыха, в перерывах между боями и даже в самый бой, когда создается напряженная обстановка – в мечтах я с Вами. Мне хочется зайти в дом, уюта которого я так и не воспринял, обнять всех Вас. Вы теперь конечно не такие какими я Вас оставил. И многое другое. Хочется посмотреть родной город, друзей и товарищей. Вот и сейчас я сижу, правда, в уютной теплой и чистой землянке. Стены ее обшиты досками, на стенах плакаты и портреты, в углу стоит небольшая печка, напротив окна находится стол, сижу пишу письмо, а мысли с Вами. Берегите себя! Вы прожили страшные два года немецкого разбоя, теперь не то. Вы будете иметь лучшие возможности и мы увидимся. У меня такое чувство. Я прошел по полям, лесам, болотам, проходил села, деревни, города, прошел тысячи километров в боях и невзгодах. Я немцев бью, для того, чтобы жить, увидеть Вас, жить с Вами. А как я мечтал тогда летом 1941 г. когда заканчивали строить дом – жить хорошо. Ведь я твердо стоял на ногах, всем был обеспечен. Но война безжалостно все унесла с собой и много унесла счастья нашего народа, а принесла горе.
1944 г. будет последним годом войны и вновь заживем хорошо и счастливо и даже лучше прежнего. Война научила ценить жизнь. Папа и мама как дорога жизнь, цены нет. Все, что приходилось переживать это была мелочь. Мы раньше роптали между собой на любую неурядицу. А теперь?»


В одном из последних писем родителям Иван Терентьевич писал «…Я очень беспокоюсь за Вами, рад сделать все чтобы обеспечить Вас в жизни Вашей. О Вас я помню каждодневно на фронте. И как мне не помнить, ведь Вы отдали все силы, чтобы я жил обеспечено и хорошо. Единственное в моей жизни желание вернуться домой, к Вам, отдать все силы, чтобы обеспечить Вам покой и уют в Ваши преклонные годы».


Но родители так и не дождались сына. В боях при освобождении Белоруссии майор Пономарев Иван Терентьевич был смертельно ранен. Умер от ран 8 апреля 1944 года. Было ему в ту пору всего 30 лет. Похоронен в городе Речица Гомельской области. 


Это одна лишь судьба из миллионов людских судеб той жестокой войны, войны против злейшего врага человечества – фашизма. Дорогой ценой досталась Великая Победа нашему народу. 

Волошина Н. Е. директор музея истории города Краматорска

(в тексте писем сохранен язык автора).
 

 Комментарии: 0 шт.   Нравится: 39 | Не нравится: 13 

Комментарии

Социальные комментарии Cackle Все комментарии

Также в разделе «Краматорск, Славянск»

Расписание

Расписание транспорта. Краматорск, Харьков

Расписание

Музыка

Loading...

Справочник ВУЗов Украины