Технополис завтра
Самое важное. Самое полезное. Самое интересное...
Новости Мир

Истории от Олеся Бузины: Стамбульский кульбит

Источник: "Сегодня"
18.06.2013
Стамбул дает газу! Протесты в Турции не похожи на киевские. И народ более буйный, и полиция действует, не стесняясь в спецсредствах. Фото AFP

Издержки исламизации привели Турцию к гражданскому противостоянию

К написанию этой статьи меня побудил комментарий одного из читателей в интернете. «Вот как надо бунтовать! — восхитился он уличными беспорядками в Турции. — Если бы в Украине народ вышел на улицы с таким же рвением, мы бы показали власти!». Подобные отклики появляются и в России. Там сравнивают тихое бульканье оппозиционной Болотной площади в Москве год назад с нынешним шумом и дымом на площади Таксим в Стамбуле, обернувшимися уже несколькими трупами, и тоже захлебываются от восторга перед картинным турецким «опытом».

Между тем вывод из случившегося в древнем городе на Босфоре, на мой взгляд, напрашивается совсем иной: вот как НЕ НАДО подавлять мирные акции недовольства, превращая их из акции протеста в революцию. Да, некогда русский философ Константин Леонтьев сказал о бунтах: «Пусть они будут, но чтобы их усмиряли». Но сказано это было в XIX веке. В других исторических условиях. Ныне же искусство управления состоит в том, чтобы ПРЕДОТВРАЩАТЬ выступления, а не усмирять их силой оружия. Даже такого «гуманного», как дубинки и слезоточивый газ.

Параллели между Турцией и Украиной напрашиваются прямые. Как и очевидная разница. Представьте, что в 2004 году наша тогдашняя власть стала бы разгонять Майдан так же, как это делает ныне полиция премьер-министра Эрдогана. Кто-то задохнулся бы от газа. Кто-то умер бы от переохлаждения, получив зимой струю из водомета. Кого-то затоптали бы в давке. В Турции сегодня среди манифестантов как минимум трое погибших. Но жертвы есть и с противоположной стороны — в городе Адана на юге страны 6 июня во время разгона демонстрации погиб полицейский. В Украине народ не простил бы власти даже одного трупа. Много можно высказать критических замечаний в адрес тогдашнего президента Кучмы. Но, отказавшись от мысли разогнать Майдан силой, он был стопроцентно прав. Именно это позволило сохранить нам в качестве политического мейнстрима культуру политической дискуссии и не подменить ее культом грубой силы.

ДЕЛО НЕ В СКВЕРЕ. Нынешний премьер-министр Турции решил пойти другим путем. И хотя многие возразят, что Восток ценит только силу, даже у него был выбор. Ведь Турция — это особый Восток. Самый европеизированный, какой только можно представить. Как и Украина, эта страна всегда разрывалась между Европой и Азией, традициями и попытками модернизации.

Стамбул — прекрасный современный город. С трамваями и метро, как в Германии. С развлекательными программами по ТВ, где полно полуобнаженного тела. С девушками в хиджабах. И девушками в джинсах. С рекламой, отличным аэропортом, новыми автомобилями. И возможностью прилететь туда из Киева без визы. Как в Москву или Петербург. Лично мне будет очень жалко, если он превратится в арену для уличных схваток и бесконечных газовых атак.

Причина восстания против «умеренного исламиста» Эрдогана не только в том, что он запретил год назад целоваться на улицах и ограничил продажу алкоголя. И даже не в решении правительства вырубить сквер в центре города. Она еще и во внешней политике, которую тот проводит. Премьер-министр поставил Турцию на грань войны с Сирией. А вот этого турки, служащие 18 месяцев в обычной призывной армии, отнюдь не хотят. Один из моих турецких знакомых прокомментировал ситуацию так: «Понимаешь, Эрдоган делает то, что ему говорит Америка. Зачем нам война? У нас всегда были с Сирией прекрасные отношения. Что хорошего вышло из того, что США вторглись в Ирак? Разве там мир? Сколько людей погибло».

Уверен, официальные турецкие лица будут возражать против такой трактовки. Но даже если это не так и Эрдоган действует только по собственному почину, во что лично я не верю, многие простые турки именно американским влиянием объясняют странный антисирийский курс своего правительства. С этим ничего не поделаешь. Есть такое мнение, и оно стихийно расходится по стране вместе с техническим прогрессом и новыми информационными технологиями. Прессу Турции не назовешь свободной. За острую публикацию тут можно просто попасть за решетку. Но страна сидит в соцсетях. Поток информации все равно не остановить. Ни слезоточивым газом, ни полицейскими дубинками. Как сказал некогда создатель современной Турции Мустафа Кемаль Ататюрк, которого так не любит Эрдоган: «Идеи не могут быть убиты насилием, ружьем или пушкой». Если раньше в провинции люди слушались своих шейхов, теперь они слушаются интернета.

УШКИ АМЕРИКИ. «Арабская весна», уничтожившая светские режимы в Ливии, Египте и вызвавшая гражданскую войну в Сирии, на руку только евроатлантистам. Моральная и материальная поддержка, которую оказывают США сирийским повстанцам — очевидна. Свержение Каддафи началось бомбардировками с французского авианосца. Зачем же англо-американцы поддерживают радикальных исламистов, которых они же обвиняют в мировом терроре?

Для меня ответ очевиден: таким образом нынешние владыки мира отбрасывают мусульманские страны в пучину средневековья, чтобы не дать им подняться и контролировать их природные ресурсы. А опыт доэрдогановской Турции показывает, что мусульманская страна может вполне органично приобщиться к европейской цивилизации. Значит, и тут нужно сделать ставку на ультраконсерватора. Пусть продемонстрирует Европе, что строчка Киплинга «Запад есть Запад, Восток есть Восток, и вместе им не сойтись» — по-прежнему актуальна. Пусть ударит дубинками по тем стамбульцам, которые искренне считают себя европейцами. Мусульманами, но цивилизованными культурными людьми, ценящими свободу слова и право гражданина на мирный протест.

НАСЛЕДИЕ АТАТЮРКА. Историю Турции грубо можно разделить на две эпохи — до и после Ататюрка. В переводе, его псевдоним означает «отец турок». Он пришел к власти в результате восстания в 1918 году после проигранной Первой мировой войны. До него Турция — многонациональная империя, повелитель которой считался религиозным лидером мусульман-суннитов — халифом. После него — национальная светская страна.

Ататюрк ввел латинский шрифт, облегчивший изучение европейских языков, и снял с лиц турецких женщин чадру, предоставив им равные права с мужчинами. По большому счету, он сам создал из себя первого турка. В старой султанской Турции правящий слой называл себя «османами» — по имени основателя династии. Слово «турок» считалось пренебрежительной кличкой для простонародья. Мустафа Кемаль  — человек загадочного происхождения (по одной из версий, албанец — по отцу и славянин-македонец — по матери) превратил это определение в официальное название граждан страны.

Герой нескольких войн, благодаря которому Турции удалось отстоять от англичан Дарданеллы, он мог позволить многое, что недоступно нынешнему премьер-министру. На правах победителя и непререкаемого авторитета. К тому же зовущего не в прошлое, в «великий век» султанов, к которому уже не вернуться, а в БУДУЩЕЕ по европейскому образцу. Сегодня критики Ататюрка говорят, что он был пьяницей и вел распутный образ жизни. Первый президент Турции действительно употреблял алкоголь, не сдерживая себя, и умер от цирроза печени. Но, как говорится, ценят его не за это.    

СОЮЗНИК КРАСНОЙ РОССИИ. Мустафе Кемалю удалось решить важнейшую геополитическую проблему, из-за которой разразилось несколько эпохальных войн — в том числе Крымская и Первая мировая, — так называемый Восточный вопрос, связанный с режимом Черноморских проливов. Он понял: если не урегулировать эту проблему с Россией, предоставив ей свободный выход в Средиземное море, две страны будут постоянно сталкиваться в вооруженных конфликтах.

В 1936 году в швейцарском городе Монтре была подписана конвенция о статусе Босфора и Дарданелл. Согласно ей, страны Черноморского бассейна могут проводить через проливы в мирное время неограниченное количество военных судов. Что же касается всех остальных стран, то их право ограничивается ежегодным лимитом в 30 тысяч тонн. Грубо говоря, Британия, Италия или Франция могли ввести в Черное море не больше двух тяжелых крейсеров. Или один старый линкор. Все с этим согласились. Эта конвенция до нынешнего дня обеспечивает мир в регионе Черного моря и фактическую целостность Турции.

Принять судьбоносное решение Ататюрку помогло то, что на заре своего революционного пути он был фактическим союзником красной России. В послании Ленину 26 апреля 1920 года будущий «отец турок» писал: «Мы принимаем на себя обязательство соединить всю нашу работу и все наши военные операции с российскими большевиками, имеющими целью борьбу с империалистическими правительствами и освобождение всех угнетенных из-под их власти».

Советское правительство только в 1921 году, когда он вел войну с греками, направило для поддержки Мустафы Кемаля 10 млн золотых рублей, 54 орудия, 129 тысяч снарядов, 33 тысячи винтовок, около 58 млн патронов, 327 пулеметов, 1,5 тысячи сабель, 20 тысяч противогазов и два морских истребителя. Эти «вложения» с лихвой окупились через пятнадцать лет в Монтре.

СУЛТАНЫ-ГОРЕ-РЕФОРМА­ТОРЫ. Что бы ни говорили об Ататюрке его нынешние критики, ему удалось то, что на протяжении всего XIX столетия (целый век пара и прогресса!) ставило в тупик последних султанов. В1807 г. в результате янычарского мятежа был свергнут с престола и вскоре убит Селим III, попытавшийся реформировать армию по западному образцу и одеть ее в европейские мундиры. «Я хотел сделать своих подданных счастливыми, но народ раздражен против меня», — сказал он, оставляя престол.

Султан Махмуд II открыл первую в Турции газету, разогнал корпус янычар, запретил ношение тюрбана и первым начал носить европейскую одежду, подавая пример подданным. Его приказ отчеканить монеты со своим изображением и повесить портреты султана в казармах казался страшным кощунством — ведь шариат запрещал изображать человеческое лицо. Махмуд умер, не понятый большинством соотечественников в1839 г. от той же болезни, что впоследствии и Мустафа Кемаль. Цирроз печени свел его в могилу. «Падишах-гяур, неужели ты не насытился своими мерзостями? Ты разрушаешь ислам!» — крикнул ему однажды дервиш-правдоруб, когда султан переезжал Галатский мост. Дервиш был тут же казнен европеизатором. Но слова эти более чем красноречиво свидетельствуют о реакции турецкого общества на первые попытки вестернизации.

Абдул-Азиз, вступив на престол в1861 г., окружил себя либералами и даже упразднил гарем, заявив, что будет жить только с одной женой. Но не выдержал характера и вскоре тот же гарем восстановил, доведя количество женщин в нем до 900! Запутавшись в финансовых проблемах, он попал в зависимость от западных банкиров и был тихо зарезан заговорщиками в1876 г., утверждавшими, что султан сам вскрыл себе вены на руках от отчаяния.

Красавец Абдул-Хамид II в том же 1876-м даже ввел конституцию, провозгласил свободу печати и созвал первый турецкий парламент, а меньше чем через два года все это отменил, словно ничего и не было. И вернулся к привычному деспотизму, возложив дела управления на тайную полицию. В общем, прогресс шел туго и оставил память о себе в основном в виде чудесного дворца Долмабахче на берегу Босфора, построенного в середине XIX века султаном Абдул-Меджидом I в стиле эклектики, где западные барокко и классицизм смешались с восточной архитектурой. Именно в этом дворце суждено было скончаться в 1938 году Ататюрку — кровать его, покрытую красным турецким знаменем с полумесяцем, и сегодня показывают посетителям. Вполне символическая смерть — в месте, где словно слились воедино две Турции — прозападная и провосточная.

Кульбит — это переворот через голову с опорой на руки. Время от времени Турция делает такой акробатический трюк, пытаясь приблизиться к Европе. Сегодня ей хочется таким образом стряхнуть с себя надоевшего Эрдогана. Посмотрим, что выйдет в результате. Но, в любом случае, устоит ли премьер-министр, смягчит ли свой режим или будет заменен другим политиком — помощь сирийским повстанцам будет ослаблена. Внутренний взрыв в раздвоенной Турции отстрочит ее попытки стать региональной супердержавой.

Большая игра США заключалась в том, чтобы с помощью Эрдогана привести к  власти в Сирии ультраисламистов, лишить Россию военно-морской базы на сирийском побережье Средиземного моря, а в идеале — пересмотреть результаты конвенции в Монтре и закупорить горлышко черноморской бутылки. Внезапный турецкий кульбит всему этому помешал.

 
Социальные комментарии Cackle
Loading...

© 2009 Технополис завтра

Перепечатка  материалов приветствуется, при этом гиперссылка на статью или на главную страницу сайта "Технополис завтра" обязательна. Если же Ваши  правила  строже  этих,  пожалуйста,  пользуйтесь при перепечатке Вашими же правилами.