Технополис завтра
Самое важное. Самое полезное. Самое интересное...
Новости Украина

Иосиф КОБЗОН: О том, как пел перед Сталиным и фотографировался с медалями отца

8.05.2010
  • 1 / 3
    Иосиф Кобзон в редакции «КП»: «Это хорошо, что вы повесили на стену старую «Комсомолку» со Сталиным. Я бы еще напечатал в газете портреты всех маршалов Победы».
  • 2 / 3
    «Отец разрешил мне медали только для фотографии надеть. Знаете, такой детский выпендреж». Йося Кобзон в 1948 г.
  • 3 / 3
    На снимке (слева направо в нижнем ряду): мать будущего певца Ида Исаевна, Иосиф Кобзон, Михаил Михайлович Рапопорт и его сын Григорий. В верхнем ряду - братья Иосифа: Эммануил Кобзон (слева) и Исаак Кобзон (справа). Краматорск Донецкой области. 1948 г.

Накануне Дня Победы знаменитый певец и политик в московской редакции «КП» два часа отвечал читателям и даже пел.

«ПОЮ ТОЛЬКО ЖИВЬЕМ»

...Когда полилась мелодия знаменитой «Землянки», Иосиф Кобзон задумался. И... пропустил первую строчку «Бьется в тесной печурке огонь» - начал сразу «На поленьях смола, как слеза...» Но «Землянка» от этого не пострадала - она получилась очень душевной.

Перед эфиром мы предлагали Кобзону пустить эту и другие песни в записи. Но он наотрез отказался: «Я всегда пою только живьем!»

- Иосиф Давыдович, вы так поете «Землянку»... Можно подумать, что сами все это пережили.

- Я помню войну с первых дней. Мне было тогда четыре года. Мы жили во Львове. Немец очень быстро продвигался, и нас, троих сыновей, мама еле-еле успела посадить в товарняк и увезти из Львова. Когда состав остановился, мама побежала на станцию набрать в чайник кипятка. И отстала от поезда. Это  была трагедия! Мама - наша кормилица, мы без нее вообще ничего не могли. И, когда она через двое суток догнала наш поезд и вошла в вагон, мы все плакали. И она плакала.

Мой родной отец ушел на фронт в июне 41-го добровольцем. И сразу же ушли два маминых брата - Яков и Михаил. Братья не вернулись с фронта, погибли...  А отца в 1943 году привезли контуженого и раненого в Москву, в госпиталь. В это время семья наша была в эвакуации в Узбекистане. И получилось так, что отец к нам больше не вернулся, у него в Москве появилась новая семья...

- Фронтовая любовь, да?

- Нет, не фронтовая, это была московская любовь... Нас было трое у мамы, и она в 1946 году сошлась с фронтовиком Михаилом Михайловичем Рапопортом, у которого было двое детей, а жена его погибла в 43-м.

Вместе с минусовой фонограммой (записью музыкального сопровождения) военных песен Кобзон принес с собой на радио фронтовые письма своих родных, старые снимки.

- Это мы на фото с отчимом, которого я называл отцом.

 - А вот вы, мальчишка, с медалями...

- Ну это его медали за взятие Берлина.

- Вы что, правда, их носили прямо на улице?

- Нет, это отец мне разрешил их только для фотографии надеть. Знаете, такой детский выпендреж. 


«Я ДВАЖДЫ ВЫСТУПАЛ ПЕРЕД СТАЛИНЫМ»

- Александр Иванович вам звонит. Огромное спасибо, Иосиф Давыдович,  за то, что вы никогда не отозвались плохо о нашем прошлом.

- Знаете, почему я мемуары не пишу? В мемуарах очень легко соврать. Поди проверь. Как вы меня проверите, если скажу, что я дважды выступал перед Сталиным? У меня и грамоты есть. В 46-м я пел в Кремлевском театре. Это был заключительный концерт школьной художественной самодеятельности. И я представлял Украину. Сталин, как сейчас помню, сидел в правой ложе в белом кителе.

- И что же вы Сталину  пели?

- Я пел не ему - там был полный зал народу. В первый раз я пел «Летят перелетные птицы» Блантера, а во второй раз, в 48-м, песню «Пшеница золотая» того же автора.

- Как вождь реагировал?

- Он улыбался. Он очень любил детей…

- А вы Сталина тоже любили тогда?

- Я его и сейчас люблю. Я не испытал той трагедии, которую мои соотечественники испытали. И нельзя все валить на Сталина. Я думаю, что нужно валить на режим, на время и на систему, при которой Сталин руководил страной.

- Так вы сталинист?

- В каком смысле?

- Ну с портретом Сталина не ходите?

- Нет, с портретом не хожу. Но когда, скажем, я делал программу «Дорога домой, с фронта, от Бреста до Москвы», на нашем паровозе впереди был портрет Сталина. Ведь именно так победители в мае 45-го возвращались с фронта. Вы говорите: ну как же, Кобзон - сталинист…

- Нет, мы предположили просто.

- Вы предположили не совсем правильно. Я в 37-м, в самом кровавом году, только появился на свет. А сегодня думаю о том, что мы не должны, не имеем права забывать и подвиги 30-х годов - Чкалова, челюскинцев, папанинцев.... Да, за какие-то трагические страницы нашей истории нам сегодня больно и стыдно. Так давайте и об этом тоже рассказывать нашим детям: дети, это было плохо, но страна жила, страна побеждала это горе и зло и возвращалась к хорошему.

 

«МЫ НЕ ПРИУЧИЛИ НАШ НАРОД ЦЕНИТЬ СВОИ ПОДВИГИ»

- Виктор из Подмосковья.  Я был на вашем концерте в Чернобыле. Почему-то чернобыльская тема у нас вообще не освещается, Иосиф Давыдович. А ведь в 2011-м - 25-летие. Или нас тоже, как ветеранов Великой Отечественной, только к 65-летию будут как-то замечать, привечать?..

- К огромному сожалению, мы не приучили наш народ ценить свои подвиги. Мы давно привыкли к полетам космонавтов. Дважды Герои проходят мимо - а мы их не замечаем. Ну провел два года в космосе - ну и что?

То же самое было с «афганцами». Привел их Громов из Афганистана, и никто их здесь не встретил - так, как встречали фронтовиков на Белорусском вокзале. Так же мы отнеслись и к нашим героям, которые сражались, я не хотел бы это называть, но придется, на фронтах гражданской войны в Чечне.

Чернобыльцы? И о них тоже забыли. Я спрашивал у «афганцев», которые ликвидировали аварию на  АЭС, где опаснее было - в Афганистане или в Чернобыле? Они говорят: конечно, в Чернобыле, потому что в Афганистане мы видели своего врага, мы его ощущали, а сколько мы нахватали этих рентген в Чернобыле и что с нами произойдет завтра, мы не знали.

Мы остались неблагодарными к нашим ребятам, которые в мирное время проявляли чудеса храбрости и героизма.

 

«А КОГДА-ТО МЫ НА ВСЕХ ДЕЛИЛИ ЛЕПЕШКУ»

- Вас беспокоит Саварс Тигранович. Вы не могли бы вместе с другими  порядочными людьми создать культурное пространство на территории бывшего СССР? Мы все друг по другу скучаем...

- Желание огромное. Этот вопрос я адресую комиссии по культуре стран Содружества. Думаю, они должны это сделать. Но и сам я не собираюсь оставаться в стороне. Проехал с концертами через все бывшие советские республики - всюду ощущается ностальгия по тем семейным ценностям, которые были во времена СССР.

- Победу приближали как могли люди разных национальностей, разных республик бывшего СССР. А теперь мы их называем гастарбайтерами… Вас вот это не коробит?

- Ну Украина-нэнька, моя родина, моя страна, а я туда приезжаю и оформляю документы как зарубежный гость. Я сожалею о том, что мне не дают возможности выступить в Узбекистане...

- А кто не дает? Вот Ислам Каримов недавно приезжал, говорил о дружбе между народами.

- Это разные вещи. Но мне запрещено выступать там с программой. Вот две страны, которые мне запрещают, - это США, там записали меня в «мафию», и Узбекистан.

- Вас же в войну приютила узбекская семья, да?

- Да, в Янгиюле, в маленьком городе под Ташкентом, мы жили в простой узбекской семье. У них было своих 8 детей и нас - 7 человек. На всех -  маленький мазаный дом. И все помещались. На полу раскладывались циновки, тюфяки, и мы все штабелями ложились спать. И делились друг с другом тем, у кого что было. Когда маме удавалось принести лепешку или что-то еще - делили на всех...

 

«НЕ ЗАБУДЬТЕ, НЕ ПОТЕРЯЙТЕ...»

- Некоторые сомневаются: а нужны ли такие грандиозные праздники Победы, как сейчас? Что мы хотим доказать? Что сильны? И кому?

- Думаю, нужны.  Да хотя бы для того, чтобы как-то утолить чувство стыда за то, что в 90-е наши фронтовики стеснялись надевать боевые ордена и медали, выходить  с ними  на улицу. А мы стеснялись кланяться им. А ведь это совесть двух  столетий - ХХ и ХХI. Ветеранов осталось так мало. И они так быстро уходят, трагически уходят от нас. И уносят с собой память о своих подвигах. А нам ничего не остается. Вот говоришь с молодежью, - они не знают, кто такие Зоя Космодемьянская, Александр Матросов.

- Да ладно…

- Да не ладно! Подойдите в любую школу и поговорите.

- Хорошо, это тема для нас.

- Они не знают, кто такой Алексей Маресьев. Я вот смотрю в эти дни - молодые люди ходят по улице с гвардейскими ленточками. Кто-то прикрепляет их к антенне машины, кто-то просто к футболке... И грандиозный парад, и вот эти маленькие ленточки - все это очень важно. Пусть весь мир знает, что мы гордимся своей Победой. И теми, кто сломал хребет фашистскому зверю и отстоял нашу свободу.

- А теперь - песня «День Победы», да? Кстати, вы помните 9 Мая 45-го?

- Да, конечно. Я проснулся от жуткого крика в нашей коммуналке. Это было в городе Славянске, в Донбассе. Я знал, что такое крики в коммуналке, когда приходили похоронки. Но тут, открыв глаза, я увидел, что люди улыбаются, обнимаются и плачут одновременно. Я спросил у мамы: «Что случилось?» Она говорит: «Победа, сынок!»

Кобзон поет «День Победы». Мы замечаем: у него слегка подрагивают пальцы.

...Микрофон выключен. Кобзон бережно собирает со стола фронтовые письма, старые фотографии:

- Когда сделаете пересъемку для газеты, обязательно мне это все верните. Не забудьте, не потеряйте!..

- Не потеряем...  

Подготовили Любовь ГАМОВА и Александр ГАМОВ («КП» - Москва»). Фото из семейного архива Иосифа КОБЗОНА


 
Социальные комментарии Cackle
Loading...
Загрузка...

© 2009 Технополис завтра

Перепечатка  материалов приветствуется, при этом гиперссылка на статью или на главную страницу сайта "Технополис завтра" обязательна. Если же Ваши  правила  строже  этих,  пожалуйста,  пользуйтесь при перепечатке Вашими же правилами.