Самое важное. Самое полезное. Самое интересное...
Loading...

Истории от Олеся Бузины. Наследие «Лісових чортів» — к 70-летию раскола в ОУН

9 февраля 2010
Один из отрядов организации Пласт. Из этих милых детишек вырастут будущие раскольники ОУН, которые развяжут беспощадную междоусобицу среди националистов. Фото cdvr.org.ua
Один из отрядов организации Пласт. Из этих милых детишек вырастут будущие раскольники ОУН, которые развяжут беспощадную междоусобицу среди националистов. Фото cdvr.org.ua
<
Увеличить фото... Увеличить фото... Увеличить фото... Увеличить фото... Увеличить фото... Увеличить фото... Увеличить фото...  
Источник: "Сегодня"

10 февраля 1940 года на съезде в Кракове группа Степана Бандеры откололась от «материнской» ОУН и создала свою ОУН — бандеровскую, тут же объявив беспощадную войну старшим товарищам.

Как вы думаете, глубокоуважаемый читатель, кто был главным врагом для настоящего украинского националиста? Поляки? Немцы? «Совіти»? Нет! Главный враг украинского националиста — другой украинский националист, который хочет занять его место в борьбе за Украину. По логике оуновца, такого конкурента нужно было уничтожить в первую очередь и только потом перейти к «жидам», «москалям», «ляхам» и другим вечным врагам, которые и так никуда не денутся.

Возможно, вы даже не подозреваете, что живете в эпоху 70-летней гражданской войны в ОУН. Но ведь и французы в XIV веке не догадывались, что их время назовут Столетней войной. Жили себе, прячась от разгуливающих по стране банд, а потом оказалось, что банды — это армии, а изъятие у крестьян продовольствия — не грабеж, как кажется на поверхностный взгляд, а национально-освободительная борьба!

Так нужно быть последовательными! Раз в советские времена в вузах изучали «историю КПСС» — предмет, по съездам растолковывавший, как «ударная и направляющая сила» общества дробилась и размножалась, значит, его давно пора заменить историей ОУН. Получится не менее поучительная эпопея о том, как, возникнув, эта террористическая организация тут же раскололась на два непримиримых крыла — бандеровцев и мельниковцев, до сих пор ведущих между собой увлекательную войну до последнего истинного националиста.

Сколько эта незатихающая бойня унесла жертв, никто не знает. Одни говорят о сотнях, другие — о тысячах, некоторые из «летописцев» ОУН даже о десятках тысяч человек. Сначала воевали пулей, топором и удавкой. Потом, уже в эмиграции после Второй мировой, в основном чернилами и типографскими станками, обвиняя друг друга в изменах и том, кто лучше Гитлеру служил (своя служба при этом старательно затушевывалась, чтобы не шокировать послевоенную демократическую Европу).

Мельниковцы крыли, на чем свет стоит, бандеровцев. Последние отвечали им тем же. Но совершенно ясно, что в результате этой междоусобицы погибли такие выдающиеся деятели украинского национализма, как Омелян Сеник — председательствующий на II Великом Сборе ОУН в Риме перед войной, Микола Сциборский — автор классической работы «Нациократия», обосновавший принципы националистического фюрерства, Ярослав Барановский — ближайший соратник убитого в 1938 г. в Роттердаме вождя ОУН Евгения Коновальца и множество других, вплоть до расстрелянной поэтессы Телиги, которую как мельниковку сдали в гестапо конкуренты-бандеровцы. Брат-оуновец резал брата, сестра — душила сестру.

В этой войне я не хочу становиться ни на чью сторону. Это глубоко интимное, оуновское дело. Основные его события вообще Украины не касаются. ОУН возникла в Галичине. Подавляющее большинство ее членов были галичанами. К Украине они имели примерно такое же отношение, как сицилийская мафия к истории Италии. Где вы видели сицилийскую мафию в Венеции? Но, как мафия хотела захватить всю Италию, так ОУН пыталась подмять под себя Украину, выдавая это за освободительную борьбу.

Только не вышло. Организация выстраивала себя на таких сатанинских принципах, что просто не могла не начать самоуничтожения. Ни Гитлер, ни Сталин, ни гестапо и ни советская госбезопасность победили ОУН. Она съела себя сама и сама же себя разоблачила. Достаточно почитать многотомные сочинения бандеровских и мельниковских мемуаристов, написанные в Канаде и США, где они доживали век.

Впоследствии мельниковцы будут обвинять бандеровцев, что те первыми начали истребление конкурентов по националистическому бизнесу. По факту они правы. Но у их «правоты» есть тайная сторона. Мельниковцы сами породили бандеровцев. Они были старше, опытнее, прошли Первую мировую войну и так называемые «визвольні змагання» 1918 — 1920 гг.

А бандеровцы приходились им «детьми» — и по возрасту, и по идеологии. Но детьми, поднявшими руку на родителей. Младшие демоны восстали против старших! Однако демонизм бандеровцев воспитали именно отцы-основатели ОУН. Они заложили его теоретические и практические основы.

После буйной свистопляски гражданской войны, украинско-польского и польско-советского конфликтов большая группа офицеров Галицкой армии — вооруженных сил распавшейся Западно-Украинской Народной республики — осела в родной Галичине. Все они находились под большим впечатлением от внезапных успехов большевиков и польских националистов. Крошечная партия Ленина с помощью радикальной идеологии и государственного террора сумела овладеть гигантской Россией. Построенная на жесткой дисциплине военная организация Пилсудского превратилась в политическую элиту новой Польши, которой теперь принадлежала Галичина. Еще вчера их тоже называли бандитами. А теперь они заседали на международных конференциях, в сеймах и диппредставительствах. Было чему завидовать!

По образцу более удачливых конкурентов группа отставных офицеров-галичан во главе с полковником Евгением Коновальцем организовала глубоко законспирированную УВО — Украинскую Военную Организацию. Убитые впоследствии бандеровцами Сеник, Сциборский и «свергнутый» ими Андрей Мельник — это все ее члены, отцы-основатели УВО и ОУН и соратники Коновальца.

Едва возникнув, УВО сразу же перешла к политическим убийствам. Ее жертвами становились польские администраторы и украинцы-галичане, считавшие, что террор — не дело, а своих целей нужно добиваться легальными методами, участвуя в выборах в польский Сейм. Движение таких умеренных галичан возглавил поэт Сидор Твердохлиб. По приказу Коновальца, его тут же ликвидировали осенью 1922 года — как раз накануне выборов. Коновальцу была нужна радикализация — смерть кого-то из видных поляков, ответные репрессии и украинская революция, которую он собирался вызвать таким нехитрым способом. Но попытка убийства боевиками УВО маршала Пилсудского во Львове провалилась, а организованный поджег польских домов в сельской местности в начале 20-х оперативно пресекла полиция.

Боясь разоблачения, Коновалец сбежал в Швейцарию, где как бывший офицер австрийской армии довольно легко наладил связи с германской разведкой. Он жил на ее субсидии и кормил небольшую, но преданную свиту. А его заместителем в Галичине остался Андрей Мельник. Официально он работал управляющим имения униатского митрополита Андрея Шептицкого. А неофициально — занялся воспитанием украинской молодежи Галичины в истинно националистическом духе, распространяя инструкции, как взрывать и поджигать. Особую пикантность ситуации придавало то, что и Мельник, и Шептицкий, точно так же, как эмигрант Коновалец, были отставными офицерами австрийской армии, а родной брат Шептицкого — Станислав, тоже австрийский отставник — занимал пост министра обороны Польши.

 

«ЛЕТЮЧА БРИГАДА» — ПОЧТЫ ГРАБИМ, ХОЛЕРОЙ ТРАВИМ

Как известно, Бандера и Шухевич начали самостоятельную политическую деятельность с ограбления почты. Но не им первым пришла в голову эта прогрессивная мысль. Мальцы всего лишь учились у старших товарищей по УВО. Когда звезда Бандеры только всходила над Карпатами, уже вовсю гремела слава Юлиана Головинского — создателя легендарной в криминально-националистических кругах «Летучей бригады» — подразделения, призванного добывать деньги для партии налетами и бандитизмом.

Головинский — сын почтового служащего и некой Теофилы Шрам служил сначала офицером в австрийской армии, потом в Галицкой, потом в ЧУГА (Червоной Украинской Галицкой Армии), а, вернувшись после военных подвигов в родные края, вступил в УВО и ОУН. На счету его «бригады», состоявшей в основном из студентов, ограбление центральной почты во Львове в 1925 году, кассы уездной администрации в Долине, почтового транспорта под Богородичами и десятки других налетов. Грабили широко — по всей Польше. Даже почти у самой германской границы — на противоположной от Галичины территории, под Познанью. Однажды польская полиция арестовала Головинского, но ему удалось выйти сухим из воды.

Часть денег предводитель «Летучей бригады» отдавал партии, но и себя не забывал. Заработав на грабеже почт начальный капитал, бывший обер-лейтенант купил несколько автобусов и открыл частную линию «Львов — Чесанов». Это позволяло ему чесать в свое удовольствие по Польше и планировать новые налеты. После очередного нападения на почтовую карету его выдал один из подельников. Официально Головинский был застрелен в 1930 году польским полицейским во время следственного эксперимента при попытке к бегству. Но есть версия, что он так надоел полякам, что те его просто привязали к дереву и пристрелили.

В лице Головинского ОУН и УВО как ее практикующий орган понес невосполнимую потерю. Это был настоящий гений львовской мафии. Незадолго до смерти он поделился своими мечтами с другом Осипом Матковским. Широта мышления Юлиана просто поражала — он планировал провести газовые атаки в Кракове и Варшаве, массово отравив местное население, запустить в польские водопроводы холерные эмбрионы (до бактериологической войны додумался!) и создать секретный террористический аэродром. Для этой цели молодой отставник, насмотревшийся чудес прогресса в окопах Первой мировой, собирался купить несколько спортивных аэропланов за границей и с воздуха «отстреливать» польских министров и генералов.

Сколько бы хорошего ни говорили почитатели Бандеры и Шухевича об их недюжинных талантах к душегубству, им очень далеко до творческого размаха этого бывшего лейтенанта с красивыми еврейскими глазами, неотвратимо действовавшими на прекрасный пол. В год безвременной кончины романтику-отравителю едва исполнилось тридцать пять. Разве это возраст для мужчины?

 

«ПЛАСТ» — КУЗНИЦА КАДРОВ ОУНОВСКОГО ТЕРРОРА

К концу 20-х годов сложилась вертикальная структура националистических организаций. На вершине ее находилась заграничная ОУН с Евгением Коновальцем, проводившим время в увлекательных поездках между европейскими странами. Ступенькой ниже — уже в Галичине — УВО, специализировавшаяся на терактах и грабежах. А еще ниже — детская скаутская организация «Пласт», поставлявшая юные кадры для будущих террористов.

«Скауты» в переводе с английского — разведчики. Это движение зародилось в начале XX века в Англии и было скопировано во всех европейских странах. В СССР, по его образу и подобию, были созданы пионеры, унаследовавшие свою песню «Антошка, пошли копать картошку!» от дореволюционных русских скаутов. Но в Галичине скауты приобрели совершенно специфические черты. Детей учили не просто играть в разведчиков и ориентироваться на местности в летних лагерях, но и азам террора. Специально для членов «Пласта» ОУН выпускала детский журнал «Юнак». Его страницы пестрели статьями и рисунками гранат, зажигательных веществ и огнестрельного оружия. Такую же информацию печатал и местный бюллетень ОУН. Один из куреней «Пласта» красноречиво назывался «Лісові чорти». Между прочим, его членом был в детстве знаменитый Роман Шухевич — будущий командир немецкого диверсионного батальона «Нахтигаль» и УПА. Этот так заигрался в детские лесные игры, что уже не мог остановиться до самой смерти. Больше ничего делать не хотел!

Занятия в школе на Галичине заканчивались тогда 30 июня. В 1930 году перед каникулами «детишки» из «Пласта» пришли к старшим товарищам из ОУН и спросили, чем им заняться на летних каникулах? Ответ был прост: поиграть в пожарников — то есть, поджигать дома и имущество поляков и евреев. По данным польского министерства внутренних дел, «пластуны» получили тогда приказ «нищити забудування жидівські, польські та польських колоністів». Вместе с этой инструкцией им вручали свежий номер журнала «Сурма» (в переводе — «Труба») и наборы «юного химика». Первоначально акция мыслилась как локальная, но подросткам жечь все вокруг так понравилось, что скоро она стала центральной темой польских газет. Даже мировой экономический кризис на время отошел на второй план.

Все лето и осень пылали галицкие села! Оуновские историки почему-то стыдливо называют это проявление массовой пиромании «актами саботажу 1930 року». Во всем мире «саботаж» (от французского «сабо» — деревянные башмаки, которыми сердито стучат недовольные) — это сознательный отказ выполнять порученные обязанности, и только в ОУН — поджег хаты у соседа! Вот, как интересно понимали там общеевропейские ценности.

«Юнацькі звена, — писал один из современников фейерверка 30-го года, — набувши вступного знання, почували себе готовими революціонерами і прагнули чину». «Чин» на галицком диалекте — «поступок», «действие». Это слово заимствовано из польского языка, как и многое в Западной Украине. В ответ на такой огненный «чин» польская власть вынуждена была применить политику «пацификации» — умиротворения. Ее пытаются представить чуть ли не как государственное преступление довоенной Польши, забывая рассказать, чем же она была вызвана.

Но это будет потом. А пока и Коновалец в Швейцарии, и Мельник в Галичине ликовали, какое чудесное молодое поколение революционеров они вырастили! Бультерьерчик казался таким милым и ручным — он кусал поляков и баловался спичками, а его хозяевам даже не приходило в голову, что бойцовский песик скоро бросится на них самих!

(Окончание в следующую пятницу)

 

Олесь Бузина
 

 Комментарии: 0 шт.   Нравится: 3 | Не нравится: 1 

Комментарии

Социальные комментарии Cackle Все комментарии

Также в разделе «Бывало...»

Расписание

Расписание транспорта. Краматорск, Харьков

Расписание

Музыка

Loading...

Справочник ВУЗов Украины