Самое важное. Самое полезное. Самое интересное...
Loading...

Загадки и мифы советской индустриализации. Часть 7

18 февраля 2014
<
Увеличить фото...  

Концепция модернизации даже теоретически не предполагала участия иностранных инвесторов

Справка megabook.ru

Концессия (concessio – уступка) – сдача государством в эксплуатацию иностранной или отечественной фирме части своих природных богатств, предприятий, технологических комплексов. Подробнее

Одной из достаточно часто встречающихся версий источников индустриализации является утверждение, что важными (или даже основными) источниками являлись иностранные инвестиции, кредиты и займы. Тема иностранных инвестиций и кредитов непростая, информация очень неполная, фрагментарная и не всегда надежная.

Об иностранных инвестициях

Некоторые наши историки порой столь плохо разбираются в экономике, что начинают путаться в трех соснах. Они приводят достаточно интересные факты и примеры участия различных западных компаний в строительстве различных индустриальных объектов. Это участие заключалось и в проектировании самих объектов, и в поставках оборудования, и в организации инженерного надзора на строительной площадке, и в пуско-наладочных работах. Авторы называют это участие по-разному: «помощь», «инвестиции», «содействие» и тому подобное. Но это не была ни «помощь», ни «инвестиции», ни «содействие». Это был обычный бизнес, в котором западные компании участвовали в качестве проектировщиков и консультантов, поставщиков машин и оборудования, подрядчиков, субподрядчиков и так далее. Иногда все это было в «одном флаконе». Тогда компания называлась «генеральным подрядчиком». В любом случае, западные компании сами денег нам не давали, а зарабатывали деньги, получая их от заказчика, коим выступало советское государство.

Как раз накануне индустриализации в СССР были кое-какие иностранные инвестиции, преимущественно в виде концессий. Концессия отличается от обычных прямых инвестиций тем, что участие иностранного инвестора регулируется специальным соглашением, определяющим условия и устанавливающим сроки участия иностранцев в производственном или коммерческом проекте. Всего в 1920-е годы насчитывалось до 350 иностранных концессий – как промышленных, так и торговых. Экономическая политика партии и правительства заключалась не только в проведении индустриализации, но и в ликвидации остатков капиталистических отношений. А концессии квалифицировались как капитализм, как наиболее опасная его разновидность (недаром уже в 1918 году была проведена национализация всех предприятий, принадлежавших иностранцам).

Процесс постепенной ликвидации иностранных концессий начался после отстранения от руководства Главного концессионного комитета (Главконцесскома) Л.Троцкого (он находился у руля этой организации с мая 1925 года по ноябрь 1927 года). К концу 1920-х годов в СССР остались только 59 концессий, 6 акционерных обществ и 27 «разрешений на деятельность». Конец иностранным концессиям положило постановление Совета народных комиссаров от 27 декабря 1930 года, согласно которому все прежние договоры о концессиях были аннулированы (за некоторыми исключениями), а Главный концессионный комитет был низведен до уровня совещательного органа (полностью был ликвидирован в 1937 году). К 1933 году были ликвидированы все промышленные концессии (исключение составила производственная концессия «Стандарт Ойл», которая была ликвидирована в 1934 году), а к середине 1930-х – все торговые (кроме датской телеграфной концессии) концессии, полученные Японией на рыбную ловлю и разработку угольных и нефтяных месторождений на Дальнем Востоке. Таким образом, практически никакого реального участия иностранные инвесторы в индустриализации не принимали.

Скажу более: сама концепция советской индустриализации не могла даже теоретически предполагать участия иностранных инвесторов. Мировой опыт показывает, что если в страну пускают иностранных инвесторов, то экспорт такой страны начинает расти. Ведь иностранным инвесторам надо отбивать свои вложения, а для этого нужна валюта, а валюту дает экспорт. Индустриализация же была проектом импортозамещения, она не преследовала цели расширения советского экспорта. Как я выше показал (см. вторую статью), в 1940 году объем советского экспорта был в два с половиной раза ниже, чем в среднем за год в период 1926-1928 гг.

Об иностранных займах и кредитах

Когда некоторые авторы оперируют крупными суммами кредитов, которые нам якобы предоставлял Запад на цели индустриализации, то речь идет о банальных отсрочках платежей. Между поставкой товара и окончательным погашением обязательства импортера контрактом может предусматриваться временной разрыв в несколько месяцев, крайне редко – более 1-2 лет. Это называется коммерческим кредитом, его предоставляет экспортер. В условиях начавшегося кризиса экспортеры охотно шли на предоставление коммерческих кредитов советским импортерам, лишь бы обеспечить сбыт своей продукции. Во второй статье я приводил общую таблицу внешней торговли СССР, из которой следует, что в 1930-1932 гг. у Советского Союза образовался гигантский дефицит торгового баланса в размере 1,554 миллиарда рублей. Некоторые авторы приводят подобного рода цифры и говорят, что на такие суммы нам были предоставлены кредиты. Но это – банальные отсрочки платежей. На самом деле суммы отсроченных платежей были намного больше, просто многие отсроченные обязательства погашались внутри года и не отражались в годовом торговом балансе. Большая часть таких коммерческих кредитов была погашена в последующие годы за счет активного торгового сальдо. В 1933-1935 гг. оно составило 1,601 миллиарда рублей.

Что касается долгосрочных займов и банковских кредитов для советской индустриализации, то их почти не было. Напомню, что с конца 1920-х годов капиталистический мир переживал кризис, который затем перешел в экономическую депрессию и стагнацию. В этих условиях «длинные» деньги получить было крайне сложно, тем более что под такие деньги нужны были очень качественные обеспечения, коих у Советского Союза не было. Был, конечно, золотой запас, о котором мы выше упомянули, но при Сталине золото не использовалось в качестве обеспечения международных кредитов. Отметим, между прочим, что в годы Первой мировой войны Россия получала кредиты от Великобритании, но та требовала в качестве обеспечения кредитов золото. Часть золотого запаса Российской империи была вывезена на территорию Великобритании в качестве обеспечения кредитов. После войны золото не было возвращено России, хотя она не успела использовать английские кредиты в полном объеме. Сталин хорошо запомнил этот урок.

Были краткосрочные государственные кредиты. В частности, после дипломатического признания Вашингтоном Советского Союза начиная с 1934 года Экспортно-импортный банк США (государственный банк) стал кредитовать экспорт американских компаний в СССР. Такое кредитование рассматривалось в качестве меры помощи американскому бизнесу в условиях кризиса. Кстати, к этому времени объем американского экспорта в СССР существенно сократился по сравнению с «ударным» периодом 1929-1931 гг. Поэтому не следует переоценивать роль Экспортно-импортного банка США.

Были еще кредиты от Германии. Один был выдан в 1931 году на сумму 300 миллионов марок (связанный на четыре года). Был также выдан кредит в 1935 году на сумму 200 миллионов марок. В общей сложности – 500 миллионов марок, или около 170 миллионов долларов.

Были еще более скромные по размерам кредиты от Великобритании, Чехословакии, Италии и Швеции (последний был выдан уже в 1940 году).

Версия: валюта под залог наших товаров

В нашей литературе достаточно часто можно встретить такую версию: большая часть валюты от вывоза нашего сырья за границу – фактически не экспортная выручка, а банковские кредиты. Банковские же кредиты мы получали под залог вывозимого сырья.

Приведу цитату из книги Д.Верхотурова, где описана эта схема: «Наркомвнешторг только в 1930 году выбросил на мировой рынок миллионы тонн товара. Продать столько и сразу, да еще во времена мирового экономического кризиса, во времена Великой депрессии в США, было делом нереальным. Но товар вывезли, сложили на заграничных складах и стали понемногу продавать. Если бы советские торговые представители рассчитывали только на продажу своего товара, то им бы мало что удалось получить от такого экспорта. Тогда они пошли на необычный шаг. Торговые представители начали брать кредиты в банках, фирмах и торговых домах под залог вывезенного и складированного за рубежом товара. На эти деньги покупалось оборудование, немедленно вывозившееся в СССР, а кредиторам Наркомвнешторг слал горячий интернациональный привет. Спустя некоторое время кредиторы вступали во владение тысячами тонн советского угля, железной и марганцевой руды, леса, хлеба. В начале 1930-х годов по миру прокатилась волна банкротств, связанных как раз с подобными операциями. Банки, став владельцами криворожской руды и донецкого угля, лопались не хуже мыльных пузырей».

Версия красивая, но сомнительная – прежде всего потому, что нет конкретики, нет ни одного «живого» примера. Возникает масса вопросов. Где находились эти самые консигнационные склады? Кто брал на себя ответственность по решению вывозить товар за границу на склад? Ведь операция была рискованной: существует риск, что товар окажется нереализованным, а расходы по транспортировке и хранению могут принести большие убытки. Кто брал на себя ответственность по получению кредитов под залог товаров? Ведь сырье при любой экономической конъюнктуре кредитором оценивается с большим дисконтом. В общем, схема для торгпредов «расстрельная». Да и концы с концами у Верхотурова не сходятся. Он говорит, что «Наркомвнешторг только в 1930 году выбросил на мировой рынок миллионы тонн товара», а затем стал получать под товар кредиты. Между прочим, на следующий день после 29 октября 1929 года («черный четверг») американские банки ушли в «глухую оборону» – сначала ограничили выдачу кредитов, а затем полностью ее прекратили. К началу 1930 года уже и европейские банки перестали заниматься кредитованием. Вспомним недавние события финансового кризиса 2008-2009 гг.: банковские кредиты получить нельзя было ни на каких условиях. Банки после «черного четверга» 1929 года «лопались не хуже мыльных пузырей», но причины были другие, не те, которые называет Верхотуров. Может быть, отдельные случаи использования схемы «кредиты под залог сырья» имели место. Но у меня есть серьезные сомнения в массовом ее использовании.

Были еще некоторые экзотические схемы и методы получения валюты – например, размещения облигационных займов в США и Великобритании. В начале 1934 года Советский Союз от размещения облигаций в США получил 5 миллионов долларов. Это было уже второе размещение советских облигаций на рынке США. Первое, на небольшую сумму, было проведено в 1928 году; оно было полулегальным, поскольку в то время Вашингтон отказывался от дипломатического признания СССР. Облигации распространялись среди физических лиц при посредничестве ряда американских банков. Эмитентом облигаций выступал не наркомат финансов, а Государственный банк СССР. Но все перечисленные источники даже в совокупности давали очень незначительные суммы.

Решающего влияния на процесс индустриализации иностранные кредиты и займы не оказали. Как отмечает автор одной публикации по индустриализации, за счет иностранных кредитов в первую пятилетку было покрыто лишь 3,8% всех капитальных вложений в народное хозяйство СССР. С моей точки зрения, оценка несколько заниженная. Она построена на сравнении валютных (золотых) рублей с внутренними, безналичными рублями. По оценкам некоторых экспертов, покупательная способность инвестиционных безналичных рублей (по сути, это были условные денежные единицы) была примерно в два раза ниже, чем у валютного (золотого) рубля. Но даже с учетом этого момента доля иностранных кредитов не превышала 8% капитальных вложений в первую пятилетку. В последующие годы она была еще меньше.

В.Ю. Катасонов, проф., д. э. н., председатель Русского экономического общества им. С.Ф. Шарапова 

KM.RU

 Комментарии: 0 шт.   Нравится: 3 | Не нравится: 0 

Комментарии

Социальные комментарии Cackle Все комментарии

Также в разделе «Бывало...»

Расписание

Расписание транспорта. Краматорск, Харьков

Расписание

Музыка

Loading...

Справочник ВУЗов Украины