Технополис завтра
Самое важное. Самое полезное. Самое интересное...
Новости Бывало...

Истории от Олеся Бузины: Деда Мороза и Снегурочку придумал товарищ Сталин

Источник: "Сегодня"
14.01.2012
Вождь на все времена. Внедрил Деда Мороза со Снегурочкой в каждую школу и в каждый колхоз. Жить сразу стало лучше и веселей!

Привычный нам праздник Нового года сложился только во второй половине 30-х годов. Зато в нем отразилась вся история человечества начиная с ледникового периода.

Кажется, что Дед Мороз и Снегурочка существовали всегда. Украшенная шарами елка и традиция дарить детям подарки на Новый год так прочно вошли в нашу жизнь, что кажутся вечными. Кто не видел в детстве мультфильм с песенкой: «Расскажи, Снегурочка, где была, расскажи-ка, милая, как дела?». Кто не повторял в детском саду услышанное от старших: «Здравствуй, Дедушка Мороз, борода из ваты! Ты подарки нам принес, д…б горбатый?»

Между тем то, к чему мы так привыкли, было совершенно неизвестно еще нашим дедушкам и бабушкам. И бородатого деда в шубе с мешком подарков, и его внучку с косой запустил в массовое сознание только товарищ Сталин в середине 30-х! До этого большинство населения Советского Союза ассоциировало елку только с дровами, а о Снегурочке вообще не слышало — особенно на Кавказе и в Средней Азии! И если уж есть у этого тирана заслуга, которая переживет века, так это подарок всем детям и взрослым того праздника, который мы называем Новым годом. Причем со всеми его атрибутами.

Вообще же в основу главного зимнего праздника положена совсем не славянская, а германская, «истинно арийская» традиция! Просто удивительно, что елка стала символом Нового года в СССР в те самые 30-е, когда нацисты в Третьем рейхе возрождали древнегерманские ценности. Но тем не менее так было, и из истории слова не выбросишь!

Древние славяне жили в куда более суровом климате, чем древние германцы. Поэтому зиму они вообще не любили, а Новый год праздновали весной. Священным деревом они считали березу, сок которой употребляли вместо современных «дринков». От того периода у славян осталась традиция водить хороводы вокруг березы. Хоровод символизировал годичный цикл. Напиться после зимы березового сока, полного витаминов, было полезно. А попрыгать вокруг березы и размять затекшие за зиму от лежания на печке ноги — приятно. Но на наш праздник Нового года это, как вы понимаете, совсем не похоже.

После принятия христианства Новый год на Руси перенесли на 1 сентября. Церковь пыталась привить народу высокую моральность — точнее, приучить пахать на князя и обуздывать свои сексуальные инстинкты, переводя всю энергию в трудовую. Убрал урожай — празднуй Новый год. Такова была суть навязанного сверху «праздника». Ничего хорошего вспомнить о нем невозможно, и даже, как отмечали это 1 сентября, никто толком не помнит.

Конец такому убогому Новому году положил Петр Великий. В 1698 году он отправился в свое первое путешествие по Европе и посетил страны, населенные потомками древних германцев, — Германию и Голландию. Там царя поразил местный обычай украшать дома и трактиры на Рождество елками и развешивать на них яркие игрушки. Вернувшись домой, царь повелел праздновать начало 1700 года 1 января: «По примеру всех христианских народов — считать лета не от сотворения мира, а от Рождества Христова в восьмой день спустя, и считать Новый год не с 1 сентября, а с 1 генваря сего 1700 года. И в знак того доброго начинания и нового столетнего века в веселии друг друга поздравлять с Новым годом. По знатным и проезжим улицам у ворот и домов учинить некоторые украшения от древ и ветвей сосновых, еловых и можжевеловых».

Как видим, ни о какой домашней елке в указе Петра речи еще не было. Наоборот, елками и соснами приказано было украшать ворота, чтобы отчитаться перед царем о добровольно-принудительном согласии «европеизироваться». Поставил елочку у порога — выказал власти свою лояльность.

На протяжении всего XVIII века никто ни в Российской империи, ни на Украине, входившей в ее состав, елку дома не ставил. Тыкали ее только на ворота, чтобы отцепиться от вездесущего самодержавия. Впервые добровольно елки в качестве атрибута Рождества появились в домах петербургской знати только в начале XIX столетия — при Александре I. Этот царь женился на очередной германской принцессе — очень романтичной и инфантильной особе. Девушка приняла ради трона православие и дала переименовать себя из Луизы-Марии-Августы Баденской в Елизавету Алексеевну, но так и не смогла отвыкнуть от немецкой привычки украшать дом хвойным деревом на Рождество и распевать песенку: «О, танненбаум! О, танненбаум!», что в переводе означает: «О, елочка! О, елочка!». Так елка впервые появилась в Зимнем дворце, а оттуда перекочевала в дома знати, стремившейся во всем подражать заграничным обычаям.


Санта-Клаус. Украл шубу и елку у древнегерманского жреца, который отгонял в лесу зимние холода

Первоначально елка в Германии не имела никакого отношения ни к Иисусу Христу, ни к Рождеству, а являлась исконным языческим символом. Жители лесной зоны Европы — германцы — в доисторические времена представляли Вселенную в виде так называемого Мирового древа. Корни его уходили в подземный мир — Нифлхейм, где царили ледяной холод и вечный мрак. На стволе дерева жили люди — эта часть мироздания называлась Мидгард. А верхушка с ветвями — Асгард — принадлежала богам — асам.

Так как мир в представлении германцев был вечным, то в качестве земного символа его они выбрали вечнозеленое дерево — ель. В разгар зимы жители Германии приходили к своим священным елям в лес, украшали их плодами яблок и свечами, обозначавшими человеческие души, и распевали песни, стремясь отогнать зиму. Германцы верили, что этот ритуал отвратит вечную зиму, которая наступит после конца света, когда свирепый волк Фенрир освободится из оков и сожрет Солнце. По-видимому, это был очень древний обычай, возникший еще в последний Ледниковый период — примерно 10—12 тысяч лет назад. Тогда на кромке ледника возникла морозоустойчивая белая раса, потеряв первоначальный темный пигмент кожи, а самым большим страхом древнего населения Европы был зимний холод. Ледник отступил. Его место заняли хвойные леса, но пережитый ужас остался в памяти новогодним ритуалом, смысл которого состоит в изгнании холода.

Когда в раннем средневековье германские народы заставили принять христианство, их елочку тоже приспособили к новой религии, возникшей в далекой теплой Палестине. Отныне появление елки в доме стало обозначать рождение Христа, принесшего на Землю, согласно утверждениям церковников, искупление первородного греха и надежду на вечную жизнь после смерти. А стеклянная звездочка на верхушке зеленого деревца должна была напоминать грешникам о Вифлеемской звезде, которая появилась на небе перед рождением Сына Божьего. Но самое дикое и странное превращение претерпел бородатый языческий жрец, руководивший некогда церемониалом по изгнанию зимы. Вместо него людям подсунули Святого Николая, облачив его в шубу, украденную у жреца!


Николай Мирликийский. Брюнет из Турции стал Святым Николаем

Теперь европейских детей цинично обманывают этим персонажем, утверждая, что именно он приносит им подарки на Рождество. Санта-Клаус — это и есть Святой Николай — Святой Коля. Клаус по-немецки — уменьшительная форма имени Николай. Подлинный Святой Николай Мирликийский шубу и шапку на меху никогда не носил и носить не мог. Он родился в Малой Азии в III веке н.э. на территории современной Турции, которая тогда являлась римской провинцией. Был он епископом города Миры Ликийские и обладал типичной южной внешностью — черными волосами и смуглой загорелой кожей. На территории Северной Европы Святой Николай никогда не был и шубу, понятное дело, в теплом средиземноморском климате носить не имел необходимости. Но пройдохи-попы посмертно облачили его в роскошное меховое одеяние и отправили на дальний север с мешком подарков для маленьких язычников. Лик Святого Николая на иконах совершенно не похож на Санта-Клауса! Можете сравнить и убедиться. Мобилизация же его для исполнения роли европейского Деда Мороза произошла исключительно из-за даты рождения. Николай Мирликийский родился 6 декабря — незадолго до Рождества. Первоначально подарки от имени католической церкви детям вручали не на само Рождество, а 6 декабря, заблаговременно прикармливая паству еще за две недели до церковного праздника.

Из космополитического Петербурга западная традиция рождественской елки и Санта-Клауса Мирликийского в фальшивой шубе потихоньку на протяжении XIX века стала расползаться по всей России. Но, подчеркиваю, только по дворянским домам! Бедный люд никаких елок по домам не ставил и по-прежнему топил ими печки. У Остапа Вишни есть рассказ «Панська ялинка» — о годах его дореволюционного детства. Там рассказывается, что главным новогодним персонажем в украинском селе накануне Рождества была не елка, а зарезанный кабан: «Найбільша для нас радість була перед святами, коли в дядька кабана кололи. Заколовши кабана, дядько його смалив, потім обгортав соломою, і ми всі разом із дядьком і з дядиною «душили» кабана» — прыгали на нем, чтобы сало было мягче. Вот вам и весь Новый год! Весь сюжет рассказа вертится вокруг «гуманитарной» идеи местного пана устроить елку не только своим, но и крестьянским детям, чтобы и они привыкали к красивым европейским обычаям.

До революции Дед Мороз не имел никакого отношения к Новому году. Это было просто олицетворение зимних морозов. Приходила зима и вместе с ней Дед Мороз. Художник Васнецов нарисовал Деда Мороза в 80-х годах XIX столетия — стоит мужик в лаптях без шубы — никакого сходства, кроме бороды, со знакомым нам героем. Вместе с морозным дедом слонялась в сказках и депрессивная Снегурочка, которая таяла с приближением весны. В 1873 году драматург Александр Островский написал унылую до жути пьесу, где кратко изложил ее «биографию». Снегурочка Островского — дочка Деда Мороза и Весны. Она мучается без любви и, попав под лучи бога Солнца Ярилы, превращается в лужу. Ничего общего с бодрым эротичным персонажем в мини-юбке, к которому мы так привыкли! И никаких упоминаний о том, что эта парочка имеет какое-то отношение к Новому году.

Совсем иначе взялись за дело зимних праздников большевики. Как истинные революционеры они сначала отменили дореволюционный юлианский календарь, потом Рождество, а укрепив свою власть, в середине 30-х годов придумали всем знакомую нам елку с Дедом Морозом и Снегурочкой. Инициатива принадлежала товарищу Постышеву — очень активному кандидату в члены ЦК партии, одно время возглавлявшему организацию большевиков на Украине. В письме в газету «Правда» 28 декабря 1935 года Постышев посетовал: «В дореволюционное время буржуазия и чиновники буржуазии всегда устраивали на Новый год своим детям елку. Дети рабочих с завистью через окно посматривали на сверкающую разноцветными огнями елку и веселящихся вокруг нее детей богатеев.

Почему у нас школы, детские дома, ясли, детские клубы, дворцы пионеров лишают этого прекрасного удовольствия ребятишек трудящихся Советской страны? Какие-то, не иначе как «левые» загибщики ославили это детское развлечение как буржуазную затею.


Таким «лисовиком» изобразил Деда Мороза художник Васнецов в далеком 1885-м

Следует этому неправильному осуждению елки, которая является прекрасным развлечением для детей, положить конец. Комсомольцы, пионер-работники должны под Новый год устроить коллективные елки для детей. В школах, детских домах, в дворцах пионеров, в детских клубах, в детских кино и театрах — везде должна быть детская елка! Не должно быть ни одного колхоза, где бы правление вместе с комсомольцами не устроило бы накануне Нового года елку для своих ребятишек… Давайте организуем веселую встречу Нового года для детей, устроим хорошую советскую елку во всех городах и колхозах».

Сталину инициатива Постышева понравилась. Вождь распорядился внедрить ее в массы со всей возможной широтой. После этого елка появилась в обязательном порядке не только в каждом колхозе, но даже в каждом продуктовом магазине. Промышленность наладила впуск Дедов Морозов из папье-маше. Дома пионеров получили образцы сценария для празднования Нового года. А рядом с Дедом Морозом появилась еще и вертлявая соблазнительная внучка, как бы намекая подросткам на близящуюся счастливую интимную жизнь при победившем социализме, когда не будет проституции, а все девки станут давать «за так» — из одной идейности. Правда, во времена Сталина Снегурочка носила еще длинную юбку. В мини новогодняя девушка с косой стала наряжаться только в 70-е годы, когда до СССР докатились с некоторым запозданием волны новой революции — сексуальной. На наших утренниках, в брежневские времена, Снегурочки были уже с голыми пухлыми коленками.

Никакого отношения к Рождеству советский Новый год не имел. Елка — позаимствованное у немцев новогоднее дерево древних арийцев. Дед Мороз — символ бодрящего зимнего холода с мешком подарков. А Снегурочка — переодетая в шубку комсомолка-активистка. Плюс запах дефицитных мандаринов и обязательное оливье. Так с небольшими изменениями это действо и дожило до наших дней. Теперь, правда, вместо Деда Мороза нашим детям снова пытаются навязать фальшивого Санта-Клауса с его «миколайчиками», которых никто никогда не дарил друг другу на настоящей Украине. Но мне все равно куда больше по душе сталинский Дед Мороз с брежневской Снегурочкой 70-х в короткой юбке. А Санта-Клауса Мирликийского предлагаю вернуть обратно в Турцию, откуда он пришел без спроса в наши северные края.

Олесь Бузина

 
Социальные комментарии Cackle
Loading...
Загрузка...

© 2009 Технополис завтра

Перепечатка  материалов приветствуется, при этом гиперссылка на статью или на главную страницу сайта "Технополис завтра" обязательна. Если же Ваши  правила  строже  этих,  пожалуйста,  пользуйтесь при перепечатке Вашими же правилами.