Самое важное. Самое полезное. Самое интересное...
Loading...

Смертельные игры

9 сентября 2011

Как человек давно и много пишущий (причём не только публицистику: одной программной документации написал многие сотни страниц), вполне согласен с Еленой Анатольевной Прудниковой: подделать стиль очень тяжело, и даже самая квалифицированная стилизация легко отличается от подлинного текста конкретного автора.

Сам я когда-то написал пару десятков заказных статей. Понятно, публиковались они за подписями заказчиков или псевдонимами: от своего имени пишу только то, что сам считаю нужным. Но мой стиль в них неплохо опознаётся. Да и тексты речей нескольких политиков, написанные при моём участии, легко отличить от текстов, сделанных без меня.

Поэтому мне представляется весьма эффективным использованный в новой книге Прудниковой "1953 год. Смертельные игры" метод выявления поддельных исторических документов по их стилистическому сопоставлению с несомненно подлинными (например, опубликованными в изданиях, подконтрольных предполагаемому автору). По крайней мере все приведенные в книге документы, представляющиеся ей стилистически недостоверными, мне также представляются подделками.

Но подделки -- порою не менее ценный источник сведений, нежели подлинники. По вопросам, задаваемым разведкой агенту-двойнику, контрразведка определяет сферу интересов противника и на этой основе вычисляет его планы. Аналогично фальшивка позволяет не только признать какие-то утверждения заведомо ложными, но и вычислить, какую реальность ею пытаются замаскировать.

Уильям Скотт Шёрлок Зайгёрович Холмс учил: "отбросьте всё невозможное, то, что останется, и будет ответом, каким бы невероятным он ни казался". Елена Анатольевна Прудникова следует этому совету. Она примеряет к набору доступных фактов -- и надёжно установленных, и неуклюже прикрытых липой -- разные версии. В конечном счёте выстроилась весьма стройная и правдоподобная картина.

Ленинградское дело при всём своём размахе (многие сотни допрошенных и уволенных, несколько десятков осуждённых, в том числе более двух десятков расстрелянных) далеко не исчерпало круг высокопоставленных партийных и государственных деятелей, желавших продвинуться повыше не работой, а интригой (наподобие той, какая в 1990-1-м в одночасье вынесла на вершины власти множество деятелей, далеко не всегда достойных своей карьеры). Сегодня сам факт уничтожения при Хрущёве всех материалов дела (и публикации вместо них откровенной липы: в "приговоре", опубликованном при хрущёвской реабилитации, вовсе не было обвинений, заслуживающих уголовного наказания) указывает: часть подельников осталась на воле. Более того, были основания полагать, что интриги не ограничены государственной границей СССР: не хватает опор внутри страны -- можно поискать вовне.

Иосиф Виссарионович Джугашвили затеял большую контрразведывательную операцию по выявлению соучастников, не названных уже арестованными. Поскольку расследованиями такого рода занималось в тот момент министерство государственной безопасности СССР, его решили использовать в качестве приманки.

Министр Виктор Семёнович Абакумов был (скорее всего с собственного согласия) по достаточно надуманным обвинениям отстранён от должности и направлен под следствие. Его место занял Семён Денисович Игнатьев, незадолго до того (скорее всего усилиями Георгия Максимиллиановича Маленкова, в какой-то мере посвящённого в план операции) назначенный на пост начальника отдела партийных, профсоюзных и комсомольских органов ЦК ВКП(б), что и позволило ему возглавить комиссию по проверке деятельности Абакумова. Затем Игнатьев руками своих заместителей Сергея Ивановича Огольцова (и.о. министра в промежутке между Абакумовым и Игнатьевым) и Михаила Дмитриевича Рюмина (ушедшего в отставку, когда Игнатьев потребовал от него пытать подследственных, дабы сформировать достаточно убедительное дело) пытался устранить улики против своих подельников или хотя бы создать впечатление поддельности этих улик. В частности, именно для последней цели Игнатьев и Рюмин сфабриковали дело врачей.

Когда срок следствия по ключевым делам подошёл к концу, Джугашвили 1953.03.05 неожиданно (?) умер. Его преемником стал Лаврентий Павлович Берия, прикрытый Маленковым от сплетен в духе "грузина сменил мингрел". Он снял Игнатьева с поста, объединил и возглавил министерства внутренних дел и госбезопасности, закрыл несколько явно дутых дел и повёл расследование заговора на основе уже выявленной деятельности команды Игнатьева. К сожалению, один из ключевых заговорщиков Никита Сергеевич Хрущёв остался нераспознанным и даже возглавил партийный аппарат. За несколько часов до рассмотрения политбюро вопроса об аресте Игнатьева (как бывший секретарь ЦК, он оставался в партийной номенклатуре) 1953.06.26 Берия был убит. Его ближайших сподвижников арестовали военные (со многими высшими военачальниками у Хрущёва были давние дружеские связи). Маленкову и другим высшим деятелям государства не осталось ничего, кроме прикрытия уже свершившегося факта своим авторитетом во избежание междоусобицы в силовых структурах.

Конечно, в кратком пересказе невозможно воспроизвести всю систему гипотез и их последующих подтверждений. Поэтому советую прочесть книгу. Полагаю, Вас она убедит не меньше, чем меня. В бумажном виде она уже доступна, в электронном скорее всего окажется доступна через несколько месяцев.

Анатолий Вассерман

 Комментарии: 0 шт.   Нравится: 0 | Не нравится: 0 

Комментарии

Социальные комментарии Cackle Все комментарии

Также в разделе «Бывало...»

Расписание

Расписание транспорта. Краматорск, Харьков

Расписание

Музыка

Loading...

Справочник ВУЗов Украины