Технополис завтра
Самое важное. Самое полезное. Самое интересное...
Новости Политика

Александр Горбенко. Почему Россия имеет право наносить авиаудары по позициям бандитов в Сирии

Источник: "ОДНАКО"
23.09.2015

Уже ни для кого не секрет, что в Сирии Россия проводит модернизацию аэропорта имени Баселя Асада, а также ещё нескольких транспортно-логистических объектов. В провинции Хама нами открыт первый полевой лагерь для беженцев из соседних провинций. Объём военных грузов для сражающейся с террористами сирийской армии и гуманитарной помощи жителям истерзанной войной Сирии – увеличен.

В принципе параллельно с Россией аналогичные шаги начал делать Иран. В июне, одновременно с увеличением числа рейсов российского «сирийского экспресса», иранцы начали модернизацию военного аэродрома в провинции Хомс, возвели госпиталь и ряд инфраструктурных объектов, так же увеличили объем военных грузов и гуманитарной помощи.

Однако истеричная реакция США прогремела только сейчас, и только на действия России. Почему она так запоздала – вот интересный вопрос для подробного рассмотрения.

Активизация иранской помощи не помешала подписанию соглашений по иранской ядерной программе. Да её в принципе никто и не замечает (кроме Израиля, обеспокоенного усилением проиранской Хизбаллы). Хотя на фоне отрывочных и спорных свидетельств участия в боевых действиях российских военных советников – участие в боях КСИР (Корпуса Стражей Исламской Революции) практически уже никем не скрывается. Это значит, что ввязывание в большую ближневосточную войну Ирана – для США вполне допустимо, а возможно даже и желательно.

Заявление генерала Бридлава о том, что США, мол, не знают, каковы истинные планы России в Сирии – полная чушь. О том, что целью России является уничтожение террористов и восстановление государственности Сирии – известно с самого начала конфликта. Российская военная помощь Сирии началась не сегодня. С ней США смирились и строят свои планы по дальнейшей дестабилизации региона – с её учетом. Летняя интенсификация поставок в Сирию и активность российских специалистов просто не могла остаться незамеченной, так как отчеты военных разведок ложатся на стол JCS (Joint Chiefs of Staff – объединенный комитет начальников штабов – высший орган планирования ВС США) – ежедневно. Следовательно, либо американская бюрократическая система пугающе нерасторопна, либо в начале сентября произошло нечто, чего американцы не могли предвидеть. Если исходить из второго варианта, то для понимания того, что же могло произойти – рассмотрим сложившуюся ситуацию подробнее.

Для начала стоит отметить, что сложившееся  в широких массах мнение о том, будто в ближневосточном конфликте идет война «всех против всех» – неверно. Наблюдателей сбивает с толку огромное количество вооруженных сторон конфликта, действующих как бы самостоятельно. И внешнее отсутствие единых органов управления у уже сложившихся коалиций. Хотя у одной из коалиций такой орган есть уже давно – это военно-политическое руководство США, которое весьма успешно развязало сирийскую войну и умело дирижирует её расширением до максимальных географических пределов.

Еще одно широко распространенное мнение, будто появление Исламского Государства (ИГ) – это следствие американской некомпетентности – следует считать спорным. Теория эскалации вооруженных конфликтов – давно изучается и дорабатывается американской военной наукой. На её основе построены все программные документы и директивы, относящиеся к сфере внешней политики и национальной безопасности США. То есть, когда американцы методично и уверенно усиливают давно известные факторы, ведущие к обострению противоречий, дестабилизации, а затем и к расширению конфликта в каком-либо уголке мира – они просто не могут не ведать, что творят.

Для наглядности. Самый азбучный и элементарный фактор, однозначно ведущий к эскалации – это подпитка ресурсами (в том числе и оружием) слабой стороны конфликта. Что в Ливии, что в Сирии американцы методично накачивали оружием и прочим материальным и информационным обеспечением бандитские шайки, которые изначально не имели никаких шансов противостоять правительственным силам. Далее, чтобы усилить их мотивацию и стойкость в бою, американские специалисты и агенты усиливали в рядах изначальных уголовников второй азбучный фактор – идеологическую базу. То, что лучшей базой в местных условиях являются идеи Джихада – американцы поняли ещё тогда, когда им потребовалось организовать широкое противодействие ОКСВ в Афганистане. И поэтому для трансформации криминального субстрата в силу, способную свалить светские режимы Ливии и Сирии, США привычно использовали пропаганду Джихада. При этом ну очень сомнительно, что американцы всерьёз надеялись на то, что джихадисты потом куда-нибудь сами исчезнут или перевоспитаются в поборников демократии и «ценностей цивилизованного мира». И даже не важно, что радикалы, которых обучают в иорданских и турецких лагерях американские инструкторы – считают Америку же своим главным врагом. На борьбу с созданной американцами проблемой должны тратить свои материальные и человеческие ресурсы те, у кого дома эта проблема создавалась. То есть расчет идет на эскалацию конфликта, на втягивание в него новых участников. Это и происходит. Где же здесь некомпетентность?

Давайте посмотрим, какую же коалицию сумели сколотить США для продвижения своих интересов на Ближнем Востоке. Нет, речь не о «коалиции по борьбе с ИГ». Речь именно об общих интересах, которые и создают коалиции. Интересы бывают тактическими и стратегическими. Максимально общих интересов в этой войне всего два. Первый – изменение баланса власти, сложившегося в регионе до войны. Второй – восстановление этого баланса.

США начали свою игру ради трансформации региона. Вроде бы, во что-то лучшее или более справедливое. Будущим заинтересованным сторонам даже предъявили желаемый результат – карту Большого Ближнего Востока (ББВ).

Ну, в самом деле, нельзя же затевать большую заварушку без зримого образа того, «как будет хорошо потом». Так никаких союзников не найдешь. И американцы такой «образ» нарисовали. Но для нас будет интересно не то, насколько данная картинка совпадет с реальностью по прошествии определенного времени, и не то, насколько американцы лукавили, рисуя эту картинку. Нам интересен вектор, или вернее – процесс, запущенный на юге Евразийского континента. И есть большое подозрение, что инициаторов сам процесс тоже интересует больше результата. А процесс этот называется – силовая (проходящая посредством вооруженной борьбы) трансформация политической карты. Результат данной трансформации не предсказуем в принципе, зато она обещает быть длительной, и поглощающей все ресурсы втянутых в процесс стран.

В процесс с азартом включились многие силы. В первую очередь радикальные суннитские секты, мечтающие воссоздать Халифат и получить власть если не над всем миром, то на значительной его части. Если кто-то ещё помнит, нынешнее мировое пугало – ИГ - выросло из обиженного американским вторжением в Ирак суннитского меньшинства, которое при Саддаме было у власти. Изначально суннитские секты и группировки активно подпитывали монархии Персидского залива, которые, конечно же, совсем не желали потерять свою наследную власть, а всего лишь надеялись серьёзно ударить по растущему Ирану и связанным с ним шиитским общинам во многих государствах региона. Турция рассчитывала сильно увеличить свое влияние, а заодно решить курдскую проблему. Видимо, Эрдогану показывали другую карту ББВ, нарисованную специально для него, мол, «эта карта сокровищ – для лохов, а тебе мы настоящую покажем».

Все прочие американские «партнеры», вроде европейских стран или Австралии – никакой заметной роли в данном конфликте не играют. Это массовка для голосования в ООН и создания видимости всеобщей поддержки американских инициатив. Их мнения никто не спрашивал, и к процессу  их подключили в уведомительном порядке.

Наиболее мотивированной и боеспособной частью американской коалиции являются сразу все бандитские группировки, воюющие за политическое переустройство региона. Собственно в «сортах» бандитов разбираться не имело бы смысла, ведь их стратегический интерес совпадает. Классифицировать их по степени «умеренности» или радикализма – почти бессмысленно – все они воюют за место под солнцем в будущем исламском государстве. То, что группировки периодически воюют друг с другом не должно обманывать – все они рано или поздно сольются и присягнут ИГ. Ведь никаких идеологических расхождений у ИГ, «Джабхат ан-Нусры», Коалиции «Исламский фронт» или Джейш аль-Хурр (она же Свободная Сирийская Армия) – просто нет. Вот почему смешно слушать об американской борьбе против ИГ, ведь это всего лишь самый успешный из союзников США, наиболее продуктивно решающий американскую задачу перекройки политической карты.

Теперь о второй коалиции. Её вроде бы нет. Есть силы, заинтересованные в прекращении кровавой переделки мира. Это не только законное правительство Сирии. 

Это в первую очередь – Россия. Именно Россия имеет интерес как в собственном мирном и поступательном развитии, так и в сохранении мира на всем Евразийском материке. Нас вполне устраивала независимая Украина – до тех пор, пока из неё не сделали плацдарм для «натиска на Восток». Теоретически мы даже ничего не имели бы против ИГ, если бы это образование остыло, обрело форму и прекратило свою экспансию во всех направлениях. Самым парадоксальным образом нам постоянно приписывают какие-то кровожадные, агрессивные планы, но именно мы в действительности имеем самый реальный потенциал в будущем стать гарантом мирного развития Восточного полушария планеты. После превращения США в фактор мировой по нестабильности, должность гаранта мира стала вакантной. И вероятнее всего, такая «нелюбовь» к нам, со стороны бывшего гегемона, связана именно с пониманием этого обстоятельства. По сумме природных и исторических обстоятельств, Россия может стать для всего мира гораздо предпочтительней на должности гаранта мира и стабильности.

Ещё один член коалиции, как мы уже заметили в самом начале – это Иран, который с самого начала конфликта, подобно России, помогает законной сирийской власти в борьбе с бандитами. Как и Россия, Иран прекрасно понимает, что должен стать одной из следующих мишеней для политики США, направленной на кровавую трансформацию всех государств, имеющих наглость поступательно развиваться в своих интересах. При этом в американских планах Ирану было отведено свое место – место лидера шиитских группировок в большой суннито-шиитской войне. Во время оккупации Ирака американцы не препятствовали проиранской «Армии Махди» устраивать разборки с суннитскими группировками, ставшими сегодня ИГ. Участие Ирана в войне в Йемене (подбрюшье Саудовской Аравии), а также помощь КСИР войскам Асада – как мы отметили выше – не помешало отмене санкций. Иран был необходим для поддержания и расширения конфликта – как топливо для костра. Но теперь, когда координация действий между войсками Башара Асада, Ираном и Россией становится очевидной – всё изменилось. Иран больше не самостоятельный игрок, подобно Турции, попавший на крючок своих региональных амбиций.

Отдельно следует сказать ещё о двух игроках.

Во-первых, об Израиле. Этот игрок гораздо более других заинтересован в мире и спокойствии региона – это вопрос его физического выживания во враждебном окружении. Этот игрок никогда не вступит в какие-либо коалиции (особенно с Ираном, содержащим ливанскую Хизбаллу), и всегда будет рассчитывать только на себя. Но с Россией Израиль с самого начала сирийского конфликта имеет неофициальную координацию по линии спецслужб. См. визиты в Москву Биньямина Нетаниягу и начальника генерального штаба Армии обороны Израиля (АОИ) генерал-лейтенанта Гади Айзенкота. Стратегический интерес России и Израиля совпадает. Однако после нескольких эпизодов, когда силы АОИ пытались ликвидировать угрозу передачи вооружений Хизбалле на сирийской территории – обменяться видением перспектив и согласовать дальнейшие действия будет совсем не лишним.

Во-вторых, это курды – одна из боеспособных сторон конфликта. На первый взгляд, стратегический интерес курдов – создание своего государства – автоматически делает их членами американской коалиции. США имеют с частью курдских сил рабочие контакты со времен войны в Ираке. Сегодня (к ярости турок) курды получают от американцев военную помощь (правда, часто американцы её преувеличивают). Однако роль курдов в американских планах аналогична иранской – быть топливом для пожара, который должен перекинуться на Турцию и Иран. В Ираке курды имеют автономию юридически, а в Сирии – фактически. Вопрос курдской государственности почти неизбежно будет решен – это надо понимать сразу. Но другой вопрос – какой ценой это государство достанется курдам. Без реальных союзников этот путь будет очень тяжелым.

Сегодня сирийское правительство не поставляет курдам оружия и снабжения и не может предоставить юридическую автономию без изменений в конституции. Только это до последнего времени мешало вхождению курдских отрядов в коалицию России, Сирии и Ирана. И если российским советникам удалось убедить Башара Асада в том, что настало время изменить это положение – американцам действительно пора начинать беспокоиться.

В данной конфигурации реальная антитеррористическая коалиция окажется под началом России. И тогда, как заметил постоянный представитель Сирии при ООН Башар Джаафари, Россия имеет прав не меньше США, чтобы  наносить удары по террористам. А если американцы с этим не согласны, то им останется признать себя союзниками террористов, каковыми они и являются в действительности.

 
Социальные комментарии Cackle
Loading...
Загрузка...

© 2009 Технополис завтра

Перепечатка  материалов приветствуется, при этом гиперссылка на статью или на главную страницу сайта "Технополис завтра" обязательна. Если же Ваши  правила  строже  этих,  пожалуйста,  пользуйтесь при перепечатке Вашими же правилами.