Самое важное. Самое полезное. Самое интересное...
Loading...

Рассказы об авианосцах «Киев» и «Минск». ЗАВАЛИВАЮЩИЕСЯ Антенны

17 апреля 2015

В 1979 году наш тяжелый авианосный крейсер «Минск» прибыл к месту постоянного базирования в бухту Руднева. Наши офицеры и мичмана получили квартиры в новом доме, построенном специально для нас в поселке Тихоокеанском, прозванном на флоте за свою удаленность Техасом. Поселок располагался в 7 километрах от наших причалов в бухте Абрек, да и от бухты Руднева было изрядно ходу на катере до причалов Абрека.

А до Владивостока было нам добираться километров 70. Но, как там говорили, для Дальнего Востока 100 километров не расстояние.

Здесь и далее фото из http://navsource.narod.ru/photos/02/162/index.html

К нам на борт сразу сел командир эскадры со своим штабом, и потребовалась постоянная связь со штабом флота во Владивостоке. Мы получили от начальника связи флота контр-адмирала Моренова распоряжение по связи, в соответствии с которым мы должны были постоянно держать каналы БПЧ (буквопечатающей связи) и ПС (правительственной связи) с узлом связи флота, как он сказал, для отработки БЧ-4 корабля и обеспечения деятельности штаба эскадры. А связь надо было держать в диапазоне КВ (коротких волн), что было очень сложно на этой трассе с точки зрения распространения радиоволн. Ионосферная волна проскакивала над Владивостоком, а поверхностная волна не во всех условиях проскакивала из-за сложного рельефа местности и условий распространения. Сопки, море, острова.

Радиопередающий центр флота располагался недалеко от нас, практически упираясь своим рогами (так мы, связисты, называли береговые направленные антенны) в Техас, а вот приемный центр располагался недалеко от Владивостока. Мы слышали Узел связи флота великолепно, а вот нас они слышали не всегда. А связь - дело двухстороннее, и большее время, надо сказать, полноценная связь у нас с Узлом связи флота отсутствовала по причине того, что они не слышали наши передатчики. А одним из принципов связи является то, что каждый корреспондент отвечает за свой прием. Узел связи откровенно мучался с нами, постоянно меняя частоты и пытаясь найти возможности для связи. Мучались и мы, постоянно оправдываясь перед своим командованием за отсутствие связи.

«У крейсера «Сенявина» в бухте Руднева есть связь постоянно, а вы тут не можете ничего организовать. Мучайся здесь с вами на рейде», - ругал меня (командира БЧ-4) с Женей Тимошенко и Володей Сыровым (комдивами БЧ-4) начальник связи эскадры капитан 1 ранга Басалыга (по кличке «Дедушка»). Ругал он относительно, скорее наставлял, понимая все сложности организации связи.

«Так Сенявин имеет связь по проводным каналам связи и стоит у причала», - пытались парировать мы.

«Так предлагайте, что можно сделать в этой обстановке?» - пытался советоваться с нами «Дедушка».

«Ну, нужно установить релейную станцию на Иосифе (самой высокой в округе вершине) и далее по каналам проводной или релейной связи во Владивосток. И вопрос решен», - предложил Володя Сыров.

«А персональный переносной туалетик вам не надо установить рядом с вашей каютой», - сыронизировал начальник связи. – «Мы уже предлагали начальнику связи Тихоокеанской ВМБ. Не идет, надо технику содержать и матросов постоянно в командировке на горушке. Для него это сложно, да и не видит он в этом срочной необходимости».

Ну тогда будем и дальше мучаться», - обиделся Володя Сыров, что его предложение не хотят слышать.

«А разрешите мне, товарищ капитан 1 ранга, съездить во Владивосток, представиться начальнику связи флота, решить вопросы технического снабжения корабля, ремонта средств связи, а заодно и попробовать решить с ним этот вопрос», - предложил я.

«Ну давай, попробуй, давно надо было съездить. Но решать этот вопрос бесполезно, я уже не раз поднимал этот вопрос, и каждый раз получал отказ, и не просто отказ, а порицания за неумение организовать простейшую связь», - подытожил результаты нашего совещания «Дедушка».

Я собрался во Владивосток, благо наш комбриг, контр-адмирал Затула Владимир Петрович, имел задания во Владивостоке, и даже выделил мне для этой поездки свой «Уазик».

Надо честно сказать, что встретили меня в Управлении связи очень хорошо. Угостили чаем. А на встречу с начальником связи собрали всех его заместителей и начальников связи. Было приятно, что нашему кораблю уделяют столько внимания в моем лице.

«Давно пора было приехать и представиться», - немного укорял меня заместитель начальника связи, капитан 1 ранга Николаев Станислав Иванович.

В кабинете адмирала я рассказал адмиралу и офицерам Управления связи о нашем корабле, его возможностях по связи, о новом автоматизированном комплексе связи, установленном на корабле, проблемах со снабжением и ремонтом, представил ведомости на ремонт и заявки на снабжение. Ответил на их вопросы и реплики. В конце встречи встал вопрос о той злополучной связи. Я доложил свои мысли о распространении радиоволн и предложил вариант, предложенный Сыровым.

«А почему у Сенявина связь всегда нормальная? Даже когда он стоит на рейде?» - задал мне вопрос начальник Узла связи Тихоокеанского флота капитан 1 ранга Косовец, бывший мой командир отделения по ВВМУРЭ имени Попова.

«Так у него есть комплекс космической связи, который позволяет держать связь по БПЧ и в телефонных каналах связи. А у нас такого комплекса нет, вот и мучаемся как можем», - пытался защищаться я.

«Просто у вас специалисты такие кривые, что не могут сделать нормальную связь, привыкли у себя на Севере, что все рядом и нет проблем, и ваши передатчики и антенны оставляют желать лучшего», - вдруг высказался начальник связи, заранее парировав мой возможный довод, что в связи каждый отвечает за свой прием.

«Мне доложили, что у вас есть заваливающиеся антенны на палубе во время полетов и стрельб. Вот вы и теряете связь, когда у вас они заваливаются. Разберитесь, если нужен ремонт передатчиков, мы вызовем вам специалистов. Приведите в порядок Ваши передающие и приемные антенны. А насчет релейной станции в лучшем случае годика через два рассмотрим», - закончил он нашу встречу.

Не знаю, кто доложил ему, что вся проблема с антеннами и передатчиками, но явно проглядывалось желание Узла связи флота оправдаться за отсутствие связи и перенацелить гнев начальства на корабль. В принципе, все узлы связи, пользуясь своей близостью к руководству, всегда сваливали все проблемы на корабли. Корабль был виноват, даже когда прав, но с Узлом не поспоришь – подставят и можно крепко сгореть, лучше с Узлом связи дружить.

Приехав на корабль, я собрал своих командиров дивизионов и коротко передал результаты встречи.

«Они чего там, совсем опупели? Передатчики мы и не коммутируем никогда здесь на заваливающиеся антенны, а работаем только на стационарные, установленные на надстройке. Да и радиопередатчики у нас все исправны, кроме второго, на котором подгорел блок реле, но его мы уже заказали. И вообще, откуда они взяли эту чушь? Кто им это сказал?» - взвился в законном негодовании Володя Сыров.

«Володя, приказ есть, он будет проверяться. Проверьте все передатчики и антенны в соответствии с регламентом и проведите записи в журналах регламентных работ. Запишите дежурным по связи на пульте комплекса связи и повесьте памятку, на видном месте на какие антенны работать с Узлом связи флота. Иначе нас просто растерзают. Дежурные по связи пусть фиксируют в журнале дежурного по связи, на какие антенны скоммутированы радиопередатчики», - приказал я своим соратникам.

«А что они говорят по радиорелейной станции?» - спросил молчавший ранее Женя Тимошенко.

«Да ничего не сказали толком, не хотят возиться с лишней проблемой. Связь-то нужна нам, а не им. Обещают рассмотреть в лучшем случае через два года, когда будут ресурсы», - ответил я.

«Ну тогда будем и дальше мучаться, если они ничего не хотят делать. И телеграммы руководства будут постоянно задерживаться, и нас будут иметь в любое время и кто хочет», - закончил наше совещание Володя Сыров.

Я доложил результаты поездки начальнику связи эскадры и тот сказал мне: «А я что тебе говорил? Вали все на антенны и радиопередатчики, условия прохождения радиоволн. Протянем потихоньку пару лет и потом поставим станцию на Иосифа и все будет нормально. Или вас поставят к причалу, где будет проводная связь».

Так продолжалось пару месяцев, пока по вине пропадания связи в телефонном канале не были прерваны переговоры начальника Главного штаба ВМФ с командиром эскадры.

Выводы были самые серьезные. Командиру корабля командующий флотом ставил на вид за срыв связи по вине корабля, и требовал наказания строптивых связистов, которые работают на неправильные антенны и имеют неисправные передатчики.

В мой адрес пришла разгромная телеграмма от начальника связи Тихоокеанского флота о том, что я не сделал никаких выводов из нашей встречи и его указаний, что мне даются сутки на наведения порядка в боевой части связи. Через сутки он ждет лично доклада по телефонному каналу, и мою деятельность оценит по качеству связи.

Мы собрались в КПС с комдивами и старшим инженером. Долго совещались, что делать дальше. Как доказать, что у нас все исправно.

«А документы для связи с Москвой у нас есть?» - спросил я у Жени Тимошенко, который отвечал за этот вопрос.

«Да, сохранились с перехода. Пока никто не потребовал сдавать, вот я и держал, а вдруг на боевую в Индийский отправят. А ты чего задумал?» - осторожно спросил Женя.

«Вот что, Евгений, – выдавай документы на пост правительственной связи, а Володя подбирай частоты для связи с Москвой. Будем устанавливать канал с Москвой. Володя, передатчики скоммутируй на заваленные антенны» - скомандовал я, приняв решение и понимая, что у меня нет другого способа доказать свою правоту и исправность наших передатчиков и антенн.

«А вдруг Москва нам не ответит или откажется устанавливать связь?» - спросил Женя.

«Тогда установим связь с Калининградом, еще веселее будет», - пошутил я.

Через минут 15 канал связи с Москвой зазвенел.

Дежурный по связи из Москвы поинтересовался: «Вы что, снова в Индийском океане?»

«Да нет, мы на Дальнем Востоке, просто отработки по связи проводим, согласно плана боевой подготовки», - представившись, доложил я»

«Понятно, записываю, что связь нормальная. При смене доложу начальнику связи, что проверка связи проведена. Как у вас там погода?» - спросил он.

«Погода нормальная. А начальнику связи доложи, что после срыва переговоров Начальника Главного штаба проверяем средства связи. И соедини меня с Владивостоком с начальником связи, мне еще ему надо доложить о проверке», - попросил я.

Володя Сыров, Женя Тимошенко и Сережа Барканов собрались в КПСе, ожидая развязки событий, и слушали каждое сказанное слово. Через минуту я услышал знакомый голос начальника связи флота.

«Товарищ контр-адмирал, по вашему приказанию командир БЧ-4 ТАКР «Минск» капитан 3 ранга Блытов», - доложил я начальнику связи.

«Ну вот видишь, Блытов, ведь если захочешь, то можешь держать нормально связь, и передатчики работают нормально. А ты говоришь - распространение. Признавайся, антенны сейчас подняты?» - спросил он, внутренне торжествуя свою правоту и победу над зажравшимися корабелами.

«Товарищ контр-адмирал, с передатчиками ничего не делали, работаем сейчас специально на заваленные антенны. Связь с вами организована через Узел связи Москвы», - ответил я, внутренне торжествуя победу и чувствуя, что сейчас, наверно, будет гроза.

С минуту трубка молчала. Наверное, начальник связи через свою службу проверял правдивость моих слов.

Затем вдруг взорвалась негодованием: «Кто вам разрешил выходить на Москву? Вы будете строжайше наказаны. Откуда у вас документы для связи с Москвой?»

Я четко и достоинством ответил по каждому пункту: «Есть буду наказан. Документы сохранились с перехода, и никто не требовал их сдавать. А другого способа убедить Вас и Ваш Узел связи в исправности наших антенн и передатчиков я не видел. На слово вы не верите. Прошу прощения, но когда я чувствую себя правым, то всегда доказываю свою правоту доступными способами. Так что, как я вам и предварительно докладывал, – дело в распространении радиоволн».

Начальник связи больше ничего не сказал и положил трубку телефона правительственной связи.

С минуту в КПСе все молчали, после того как я положил трубку.

«Что, снимают с должности?» - спросил старший инженер Сережа Барканов, решивший сгладить тишину шуткой.

«Ну, чего он сказал? Не томи. Мы все ждем», - спросил переживавший не менее других Женя Тимошенко.

Все с тревогой смотрели на меня, ожидая рассказа.

«Канал с Москвой закрываем. Меня пообещали наказать. Об остальном напишут в приказе Командующего флота наверно», -  только и смог я им ответить.

Меня в принципе, наверное, не волновало наказание. И так много доставалось во время службы. На флоте говорят, что не наказывают только тех, кто ничего не делает.

Через неделю на Иосифе стояла радиорелейная станция и закончились наши мучения с поддержанием радиоканала из бухты Руднева с Владивостоком. Меня никто не наказал, хотя и не поощрили. Но главное дело было сделано. Начальнику связи эскадры мы не докладывали о происшедшем. Только я доложил следующим утром, что связь с начальником связи проверена, замечаний нет.

А установление радиорелейной станции на Иосифе он отметил на очередных сборах командиров боевых частей исключительно как собственную заслугу в деле обеспечения связи кораблей на внешнем рейде. Мы его не разубеждали.

Но это было только первое и приблизительное знакомство начальника связи флота с нашим кораблем. И он понял, что мы не простой корабль, и нам просто в руку класть не стоит. И нам предстояло еще пройти большой путь, чтобы понять друг друга.

"Крейсерская слава"

Блытов Виктор Александрович

 Комментарии: 0 шт.   Нравится: 3 | Не нравится: 0 

Комментарии

Социальные комментарии Cackle Все комментарии

Также в разделе «Интересное»

Расписание

Расписание транспорта. Краматорск, Харьков

Расписание

Музыка

Loading...

Справочник ВУЗов Украины