Самое важное. Самое полезное. Самое интересное...
Loading...

Кольцо

25 декабря 2014

Фантастический рассказ
Vadim Medinsky, 2012 год

Человек с рюкзаком стоял в вестибюле здания городской администрации, мрачно поглядывая по сторонам. Огромная толпа роилась в помещении, ломилась в двери, ругалась с охранниками и вымотанными секретаршами, разливала вокруг себя суету и шум. Примерно наполовину толпа состояла из молодых людей призывного возраста, но значительную её долю составляли господа и дамы посолиднее - родители этих молодых людей, надо полагать. И у каждого ведь записочка от какого-нибудь там Петра Сидоровича, бывший одноклассник здесь в администрации, или, на худой конец - справка о неизлечимом холодце головного мозга, которым с младенчества страдает их чадо, и поэтому мобилизации оно никак не подлежит...

Одна женщина из этой толпы, отвлёкшись разговором по мобильнику, нечаянно бедром задела человека с рюкзаком - моложавая и не лишённая миловидности дама, но человек с рюкзаком отчего-то ощутил безотчётную брезгливость. Постаравшись отрешиться от шума толпы, он вслушался в голос дикторши с телеэкрана. Укреплённая высоко на стене большая плазменная панель была видна ему лишь ребром, но профессионально бесстрастный голос ведущей новостей различить было можно: "...согласно последним сводкам, калининградская группа российских войск была окончательно уничтожена сегодня к полудню, войска агрессоров продолжают продвигаться к Санкт-Петербургу. Как заявил сегодня на брифинге в Москве министр обороны - положение сложное, но не безнадёжное. Министр напомнил, что вчера была объявлена всеобщая мобилизация, и выразил надежду, что граждане России проявят сознательность и не будут пытаться, как он образно выразился - "откосить от призыва". Напоминаем, что сегодня в восемнадцать часов по московскому времени по всем каналам будет транслироваться экстренное обращение Президента Российской Федерации в прямом эфире..." Выпуск новостей прервался музыкой из рекламного ролика - обещания всевозможных благ на лучших курортах России и мира сейчас звучали особенно дико. "А ведь этому турагентству наверняка уже недолго осталось, разорится", - подумал человек с рюкзаком, - "но рекламу всё равно ещё какое-то время будут крутить. Пока не кончится оплаченное время... Как странно..."

Задумавшись, человек с рюкзаком чуть не упустил момент, когда из одной двери вышел тот, кого он ждал. Стараясь не привлекать внимания, вышедший осторожно прокладывал себе дорогу через толпу, когда ему наперерез кинулся человек с рюкзаком:

- Владимир Анатольевич! Какая удача, что я вас встретил!...

Тот, кого назвали Владимиром Анатольевичем, недовольно поморщился:

- Извините, молодой человек, пресс-конференция закончилась час назад, надо было там все вопросы задавать!

- Простите, но я не корреспондент... Уделите мне пять минут, пожалуйста...

Чиновник уже набрал было воздуха в грудь, чтобы отбарабанить охранительное заклинание с приёмными часами, телефоном секретарши и веб-адресом виртуальной приёмной администрации, но что-то такое в глазах собеседника его остановило.

"Чёрт возьми, слава народного заступника приносит хорошие дивиденды, но иногда приходится за неё расплачиваться", - мысленно подосадовал Владимир Анатольевич. Демонстративно вздёрнув рукав пиджака и пристально изучив циферблат дорогого "Ролекса", чиновник снова посмотрел на этого, с рюкзаком.

- Ну что там у вас? Только побыстрее, если можно!

- Я не задержу, - заторопился тот, теребя и дёргая непослушную молнию на одном из карманов большого и неопрятного рюкзака. - Владимир Анатольевич... Я просто не знаю, к кому ещё обратиться... Меня вы не знаете, я просто ухожу на фронт уже на днях, некогда что-то оформлять, организовывать... А вы честный человек, ответственный... По крайней мере, все так говорят... Начинается война... Страшная война... И надо организовать сбор пожертвований у людей! Можно деньгами, но главное - драгметаллами!

Человек, наконец, справился с неподатливой молнией, извлёк из рюкзака свёрточек, протянул чиновнику. Тот развернул. Внутри оказалась крохотная горстка блестящих безделушек - цепочки, серьги, даже пара простеньких обручальных колец. Горячо и сбивчиво, глотая слова, собеседник тем временем продолжал:

- Вы сможете, должны смочь! Подключите общественные организации, СМИ, я не знаю, партии там... Просто я работаю на оборонном заводе... То есть работал... До сегодняшнего дня. Там всё глухо... Сами мы себя вооружением уже не сможем обеспечить, по крайней мере - электроникой. Локаторы, компьютеры, системы наведения - всё это мёртво без импортных микросхем... Надежда только на внешние поставки. Из-за рубежа что-то достать очень трудно - эмбарго, санкции, вы лучше меня это всё знаете... За нефть, лес или газ России уже ничего не продадут, эти каналы блокированы... А золото могло бы стать шансом. Золотой слиток - это не танкер с нефтью и не цистерна с газом, его проще переправить... Хоть контрабандой, хоть как-то, хоть что-то - но достать... Организуйте фонд для сбора пожертвований, не все же ещё скурвились, люди понесут последнее, лишь бы победить, выстоять! Мы с женой собрали всё золото, что у нас было, даже обручальные кольца вот... Просто вам отдам, а вы продолжите, пожалуйста. Я в вас верю.

- Постойте, - возмутился Владимир Анатольевич. - Вы что - думаете, у меня других забот нет? И заберите обратно свои вещи, ещё не хватало...

- Извините... Просто это важно... На самом деле важно. Я же не для себя прошу! Ну, пусть не вы сами, хотя бы передайте это дело человеку надёжному в администрации... А то ведь просто всё разворуют и налево пустят, а микросхемы доставать будет не на что... Пожалуйста!

Чиновник ещё раз встретился глазами с собеседником, и понял - тот обратно свёрток не возьмёт. А что-то в этой идее есть, на самом деле... Человек тем временем вскинул рюкзак на плечо, протянул руку для пожатия:

- Прощайте.

Владимира Анатольевича, подсознательно ожидающего, что вот-вот в разговоре всплывёт какой-то корыстный мотив, прощание застало врасплох. Похоже, что этот, с рюкзаком, действительно действует от души. Чиновнику даже захотелось сказать или сделать что-то приятное, но, вымотанный напряжённым днём и бесконечными "знакомыми" и "знакомыми знакомых", просившими "похлопотать" за отсрочку от мобилизации, он смог выдать только привычное:

- Вам не нужна бронь от призыва? Я мог бы попытаться...

- У меня и так есть бронь, - обернулся незнакомец, - в оборонке же работаю... Работал... Я добровольцем вызвался... Завод без меня обойтись сможет, мне ли не знать. Жена тоже на курсы медсестёр пошла, она у меня умница. Организуйте сбор, пожалуйста!

- Я... сделаю всё, что от меня зависит, - неожиданно для себя самого пообещал Владимир Анатольевич. Уже глядя на закрывшуюся за незнакомцем дверь вестибюля, он вдруг понял, что не спросил у человека с рюкзаком даже имени.
***

Три года спустя Владимир Анатольевич Путейцев припомнил ту встречу в вестибюле и человека с рюкзаком. Непростые были три года, ох непростые... Война, разруха, начавшаяся "эпоха восстановления", как её пафосно называет официальная пропаганда. Идея "Золотого фонда обороны", как это было названо, дала свои плоды - и ещё какие! Путейцев сдержал то своё обещание, которое дал человеку с рюкзаком. Да-да, сдержал, что бы там ни говорили эти репортёришки во время войны! Откуда им знать, скольких трудов это ему стоило, скольких нервов? Чиновник вспомнил, как ему приходилось без конца давать интервью, ночей не спать, ездить по региону и по стране, с жаром агитировать, постоянно вспоминать в речах неизвестного дарителя, подлинного патриота, пожелавшего остаться неизвестным и ушедшего добровольцем на фронт... И люди несли золото, в самом деле отдавали последнее, даже вон коронки золотые себе удаляли и сдавали... Конечно, Владимир Анатольевич вынужден был компенсировать себе расходы. В том числе моральные. Лишь отчасти компенсировал, конечно - нервные клетки не восстанавливаются. Но зато сейчас - живи да радуйся. Положение, особняк, счета в банках, Эльвира - секретарша. И место ольдермена в Энской временной администрации, тоже ведь дорогого стоит...

Присев на роскошную постель, чиновник похлопал рукой вделанный в тумбочку возле изголовья сейф. Где-то там оно и лежит... То самое обручальное кольцо, что отдал ему тот, с рюкзаком. Кольца там было два, и то, что побольше - мужа, очевидно - Путейцев решил оставить себе на память. Как первую каплю, с которой начался "Золотой фонд обороны", сыгравший столь большую роль в его возвышении. Набрав нужную комбинацию замка, Владимир Анатольевич открыл сейф и нащупал кольцо на верхней полке. Лежит, куда ему деться... Раскрыв правую ладонь, он вгляделся в этот простенький кусочек благородного металла, так много для кого-то значивший. Интересно знать, что же сталось с его прежним хозяином - где он теперь?...

Вспышка. Грохот. Дым... Дым, дым - от него едва можно дышать, в этом чудовищном коктейле слились воедино чад от горящей резины, ядовитый соляровый выхлоп и тошнотворный запах горелого мяса. Путейцев ошеломлённо покрутил головой, пытясь понять, где он - и кто он. Руки были какими-то не своими - худыми, длинными, одетыми в грязный и рваный камуфляж... И сжимали эти руки увесистый старенький АКМ с деревянным цевьём и прикладом. А сидел он в чём-то вроде окопа, поодаль в нём виднелось ещё несколько чумазых людей в потрёпанной форме - такой же, как и его собственная. А этот вон там, неподвижный, изломанный, весь перемазанный чем-то тёмным - убитый, что ли?! Новая вспышка, оглушающий грохот разрыва. Что-то стремительное с визгом прошло где-то в вышине. "Вот где наши истребители, .....???" - орёт сосед слева. "В .....!!!" - неудачно срифмовал сосед справа. Да что это, галлюцинация? Военных фильмов обсмотрелся? Очередная вспышка - какая-то неяркая на этот раз, несерьёзная. И вдруг страшный жар и дикая головная боль, глаза перестали видеть, а жжение изнутри всё нарастает, все кости будто превратились в раскалённые уголья... Да откуда такой жар, ничего же не горит вокруг... Больно! Больно!! Как же больно!!! Наконец, сознание померкло, милосердно оборвав его мучения.

Владимир Анатольевич обнаружил себя стоящим в своей спальне - с тяжёлым дыханием, с частящим пульсом, с ручейками холодного пота на лбу, но живым и невредимым. На теле всё тот же уютный халат - никакого тебе камуфляжа, автомата, окопа... Что это было? Он разжал правый кулак, глянул. Кольцо... Это из-за него так воображение разыгралось? Снова сжав кулак, Путейцев подумал, что надо бы дойти до бара, налить себе что-нибудь покрепче. И тут вдруг осознал, что в спальне уже не один. Чья-то фигура стояла в тёмном углу, края её матово расплывались в слабом свете ночника, словно просвечивающий пеньюар.

- Эльвирочка, мы же договаривались на утро... - начал было Путейцев и осёкся: это была не Эльвира. Фигура была мужская, одетая по-военному, но размытая по краям, словно нарисованная на прозрачной ткани. Чёрт ведь дёрнул переложить вчера пистолет из-под подушки в сейф... И до кнопки вызова охраны - метра полтора, так запросто не дотянешься... Может, отвлечь, зубы как-то заговорить этому?... Что-то в нём знакомое проглядывает...

- Кто... вы?

Фигура качнулась, шагнула ближе к свету. И он - оно? - действительно просвечивает, сквозь него немного видно стену позади... Да что же это такое??

- Доброй ночи, Владимир Анатольевич, - проговорил визитёр. - Извините, что тревожу вас в такое время. Кто я? Моё имя вряд ли что-то вам скажет, но вы меня должны помнить... Я попросил вас организовать "золотой фонд обороны".

И Путейцев узнал его - да, тот самый... Тогда он был одет не в эту потрёпанную форму, и при нём был рюкзак, но это именно он три года назад подошёл к нему в администрации... Только почему просвечивает? И как проник сюда?

- А-а что вы... То есть, как вы...

- Точнее сказать, я БЫЛ тем человеком. А сейчас... Привидение, наверное, призрак. Я не знаю сам точно. Знаете, я умер вот уже 3 года назад, у меня было время подумать о своей нынешней природе. И думаю, термин "призрак" подходит больше всего. Та бомба... Там была электромагнитная бомба, "гуманное оружие". Наверное, она не просто меня убила. У меня такая гипотеза - энергия была достаточно велика, чтобы не просто убить меня, а снять копию с моей личности, и зафиксировать потом... Что у вас в руках? Кольцо? Ну, наверное, в этом кольце я теперь и оказался записан, будто дурной файл на носителе... Оно ведь много значило для меня, это кольцо. При жизни, я имею в виду.

- Я... Ни в чём перед вами не виноват, я организовал фонд, как вы сказали, я...

- Знаю. Вы ведь не думаете, что я, гремя цепями, теперь буду являться вам по ночам? Меня убило "гуманное" оружие, так что даже крови нет, чтобы вам давить на нервы призрачными ранами. Успокойтесь. Это была моя ошибка, а не ваша вина. Вы сделали так, как могли и как умели - по-другому просто не могли поступить, Владимир Анатольевич. А что я мёртв - так мне просто не повезло. Как и ещё тридцати девяти миллионам убитых и умерших, как всей России - очень не повезло в той войне.

- Я рад, что вы понимаете. Вы меня немножко напугали... Может, пойдём на кухню, выпьем немножко коньячку для успокоения нервов? У меня хороший коньяк, очень хороший, "Наполеон"...

Призрак лишь улыбнулся снисходительно:

- Владимир Анатольевич... Призраки не пьют коньяк.

- Да, конечно, я такой глупый... - Путейцев присел на постель (кнопка охраны - под рукой), долго и заливисто хохотал. - Может, это я уже выпил коньячку, да заснул, а вы мне вообще снитесь, а? - чиновник игриво подмигнул призраку.

- Может быть. Попробуйте проснуться.

Чиновник снова захохотал, однако украдкой ущипнул себя хорошенько за бедро левой рукой. Ничего не изменилось.

- Ладно, я только вот не понимаю... Ну почему кольцо? Там же нет магнитных дисков или этой, как её... флэш-памяти. Простое золото, даже бриллиантов нету, кремня там какого-нибудь...

- Кремния, - поправил призрак.

- Ну да, кремния... Почему - кольцо?

- Не знаю. Я лишь ощущаю, что в материальном мире привязан только к этому кольцу. Пока жив был - тело чувствовал, как своё "я", а теперь кольцо так же чувствую. Людям ведь очень мало известно о свойствах вещества. Почему, например, у некоторых сплавов бывает память? Как они могут возвращаться в форму, которую им когда-то придавали? А в легендах и сказках не раз встречается мотив о том, что в металлических предметах могут содержаться потусторонние существа - демоны, джинны. Лампа Аладдина и всё такое. Может, неспроста это?

- Так что же, я вас освободил из заточения, как того джинна? Будете выполнять мои желания, или стыдить за грехи?

- Желания свои вы и сами неплохо выполняете, а за грехи перед родителями кайтесь - я не для этого пришёл.

Внутренности чиновника пронизал нехороший холодок.

- Осуждаете?

- Зачем же? Я всё понимаю.

- Нет, вы не понимаете, - разгорячившись, Путейцев даже забыл, что разговаривает с необычным собеседником. -  Вы вот молодой ещё человек, ваши родители, должно быть, прекрасно сами о себе заботятся...

- Они погибли при бомбардировке Волгограда.

- Э-кхм, я вам сочувствую... Но меня вы тоже поймите! Попробуйте пожить в одном доме с выжившей из ума старухой, которую разбило параличом. Пусть даже это ваша собственная мать. У меня столько обязанностей... А она постоянно требует внимания. Сиделок ей мало, изволь к ней зайти хоть раз в день. Я не мог поступить иначе, понимаете - не мог. Там о ней прекрасно заботились, это был самый лучший дом престарелых, я столько денег заплатил. Ей в любом случае недолго уже оставалось! А у меня очень много обязанностей, я всё время занят!

- Да, у вас очень много обязанностей, - эхом откликнулся призрак.

- Как хорошо, что вы меня понимаете! Я выполнял и выполняю свой долг!

- Свой долг... - повторил призрак.

- Да! И с этой администрацией... Да, я пошёл на службу к новым властям...

- К оккупационной администрации.

- Ко временной оккупационной администрации. Но кто-то же должен был! Кто-то должен заботиться о стране, о народе! Да не мог, просто не мог я поступить иначе, когда война окончилась. В эту администрацию - думете, за оклад в евро пошёл? Хрена с два, нужны мне эти еврики! У меня и так всё есть! Пошёл вынужденно... Война проиграна, и нужно спасать хотя бы то, что можно спасти... О людях заботиться, смягчить последствия оккупации...

- Да, конечно, если не вы - то кто?

- Именно так - кто, если не я! Этого требовали современные условия.

- Современные условия... Да, они много чего требовали. Например, чтобы вы закрыли последнюю школу в городе, в которой преподавали русский язык и литературу. Условия требовали, чтобы вы получили премию за выполнение норм по вывозу нефтепродуктов из вашей губернии, пока целые районы замерзали насмерть без топлива к котельным. Условия требовали одобрить тестирование новых лекарственных препаратов на детях в наших поликлиниках - чтобы в случае чего пострадали наши дети, а не представители "высших народов"...

Чиновник до того опешил, что даже перебил призрака не сразу.

- Вы... Ты... Меня в этом обвиняешь? Да кто ты такой?!

Путейцев вскочил, потянулся левой рукой к кнопке вызова охраны, потом передумал. Кого он испугался - какого-то призрака, что ли? Да что он может сделать, призрак-то? Чиновник презрительно отчеканил:

- Привидение, тень отца Гамлета, мать твою! Ты хоть понимаешь, что значит - оккупация? Господин гауляйтер только пальцами щёлкнет - и нет меня! У них - сила, у них - армия, у них - оружие, а я-то что мог сделать?

- Ты мог хотя бы не класть под сукно петицию в европейское "общество защиты животных и неполноценных рас", когда тебе её принесли. Европейцы гуманны, они очень не любят узнавать в новостях об издевательствах над беззащитными собачками или детишками, пусть даже детишками недемократических национальностей. Простых американцев тоже можно было пробить на слезу, рассказав, как замерзают русские, которым оставлены совсем маленькие квоты на внутреннее потребление печного топлива. Шансы были. Ты их не использовал.

- Попробуй это в суде доказать, грёбаный глюк! Уматывай из моего дома, ты мне надоел. Сгинь! Или тебе крест показать?

Путейцев левой рукой сотворил крёстное знамение, потом полез под рубаху, извлекая серебряное распятие.

- Почему левой?

- Что?

Призрак, которого пассы чиновника нисколько не обеспокоили, указал на левую руку Путейцева:

- Почему пользуешься только левой рукой?

Тот разжал правый кулак, взглянул. На ладони по-прежнему лежало обручальное кольцо. Путейцев размахнулся, чтобы бросить одержимый предмет - но кулак сжался сам собой, не выпуская колечко. Призрак иронически улыбнулся:

- От меня теперь не так легко избавиться. Само по себе кольцо не может сохранить многого. Я чувствую, что знал и помнил гораздо больше, пока был человеком... Призраки никогда не смогли бы никому явиться, если бы в них не верили. Твоя вера в меня завершает мой образ. Я - часть тебя. Я - совесть твоя. Я таков, каким ты готов увидеть меня.

Глаза призрака вдруг засветились в темноте, как угли, черты исказились. Пылающее ненавистью человеческое лицо превратилось в жуткую морду, из пасти показались громадные клыки, с которых закапала слюна. Владимир Анатольевич Путейцев, дальний родственник самого Главы переходного правительства Московии, член клуба миллиардеров, ольдермен, лауреат премий, кавалер орденов и прочая, и прочая, почувствовал, как по ногам у него побежала противная тёплая струйка.

- Ты веришь, что не можешь отпустить кольцо - и ты его не отпустишь. Если поверишь, что тебя жгут калёным железом - у тебя по коже пойдут настоящие волдыри. Если поверишь, что ослеп - никакой врач ни за какие деньги не заставит снова работать твои совершенно здоровые глаза...

- Слушай, привидение... Ну что тебе от меня надо? - взмолился чиновник. - Чего ты ко мне прицепился? Хочешь, чтобы я публично покаялся за грехи? Раздал деньги бедным? На всех бедных никаких денег не напасёшься. Кому от этого легче станет? Я что, самый плохой тут, что ли? Больше всех украл, больше других обманывал? Ну почему я?

- У тебя моё кольцо.

- И всё?

- И всё. Я принес тебе кольцо ради победы, а ты оставил его себе. Сам. Сам себя и повесишь теперь.

- К-к-как? Повешу?

- За шею. До смерти.

Жуткое видение осклабило клыки. Путейцев почувствовал, что шею его обвила верёвка, что петля затягивается и тянет его вверх. Он попытался схватить верёвку руками - и ничего не ощутил.

- Здесь нет никакой верёвки! Здесь нет тебя! Я не верю... Не... Вер... Нет...

Внизу загремел упавший стул. Путейцев понял, что верёвка всё-таки настоящая.
***

Из "Ведомостей Энской губернии":

"С прискорбием сообщаем, что сегодня утром ольдермен Энска В. А. Путейцев был найден повешенным в собственной спальне. Смерть наступила около 4 часов утра, предположительно в результате самоубийства. Криминаль-полицай отрабатывает также версию убийства. Предсмертной записки покойный не оставил, кроме того, секретарь покойного ольдермена показала, что видела в доме постороннего человека и даже сфотографировала его на свой смартфон. Однако ни на фотографиях со смартфона, ни на записях камер слежения посторонних лиц не зафиксировано, а сама секретарь находится в состоянии шока и дать описание постороннего не в состоянии. Господин гауляйтер в своём заявлении не исключает, что уважаемый ольдермен был убит террористами из так называемой "Советской армии". Орднунг-полицай с сегодняшнего дня переходит на усиленный режим несения дежурств. Также ради безопасности простых граждан начало комендантского часа перенесено на 21:00. Господин гауляйтер выразил надежду, что эти вынужденные меры встретят понимание и сочувствие..."

 Комментарии: 0 шт.   Нравится: 0 | Не нравится: 0 

Комментарии

Социальные комментарии Cackle Все комментарии

Также в разделе «Интересное»

Расписание

Расписание транспорта. Краматорск, Харьков

Расписание

Музыка

Loading...

Справочник ВУЗов Украины