Технополис завтра
Самое важное. Самое полезное. Самое интересное...
Новости Юмор

Мичман Таня

23.09.2015

Несмотря на то, что этот рассказ, как и многие другие, пропитан чувством глубокой любви и уважения к женщинам, я не советую читать его феминисnкам и упоротым моралистам. Мне-то всё равно, а у вас - вдруг пищеварение испортится, или на нервной почве волосы выпадать начнут, короче: я предупредил, если что.       

Таня служила в отделе кадров дивизии и занималась личными делами офицеров.  Таня была, пожалуй, самой вредной, склочной и неприятной бабой, которую я встречал за всю свою жизнь, при этом любвеобильность её зашкаливала до высот, на которых ей начинал завидовать даже Эверест.

После каждого второго мужа она теряла паспорт и снова становилась девственницей, а потом, после свадьбы, приезжали дети от мамы из Саратова.  На момент описываемых событий Таня имела троих детей от шести разных мужей и была снова свободной наядой в активном поиске. Работу свою она делала отвратительно - в личных делах постоянно терялись документы, все нужные представления и документы проще было сделать самому, чем ждать, пока она соизволит спуститься с небес на работу.  На Таню постоянно жаловались, но командиры дивизии жалели её троих детей и мер по приведению Тани в горизонт не принимали, - просили войти в положение одинокой женщины, "нучтовамсамимсложносделать" и потерпеть.

И, естественно, как и любой человеческое существо на этой планете, от чувства собственной неприкасаемости, Таня, в итоге, охуела ох*ела совсем.  Я старательно избегал этот параллелограм женского рода (полтора метра во всех трёх измерениях) как мог, но в итоге таки стал для неё личным врагом.  Я вообще человек не конфликтный, и всегда предпочитаю послать человека на х.., а не заниматься с ним моральным противостоянием, так как считаю, что людей на земле много, а я-то один.

Таня как-то прибежала ко мне, когда я стоял помошником дежурного по дивизии, чтоб, значит, озаботить меня своей работой.

- Здравствуй! - пропищала Таня, протиснувшись в рубку.

А голос у Тани был такой писклявый и противный, что когда она просто говорила "здравствуйте", уже хотелось взять и  уеб*ть её с ноги (ц getera ), а тут она ещё мне тыкает, а я, так-то, в четыре раза старше её по званию.

- Здравия желаю, товарищ мичман, - отвечаю ей нарочито строго.

- Слушай...

- Слушайте.

- ...слушайте, тебе...

- Вам.

-  Вам тут звание досрочно присвоил Министр обороны, надо теперь, чтоб Вы написали представление на себя на досрочное присвоение воинского звания!

Я смотрю на свои плечи, на которых уже красуются новенькие погоны капитана минус лейтенанта, вручённые мне недавно Виктором Степановичем, и отвечаю:

- Было бы удивительно, товарищ мичман, если бы Министр обороны выполнял Вашу работу, я считаю. Чуть менее удивительно, но, тем не менее, странно выглядело бы, если бы её стал делать я.  Приказ министра обороны у меня на руках, погоны на плечах и в удостоверение личности внесена запись, так что ни одной причины не нахожу для того, чтобы ущемлять в правах свои должностные обязанности.

- Да что ты себе позволяешь капитан! - начала визжать (когда она начинала визжать, то тут да, уже хотелось взять дробовик) покрасневшими щеками (восемьдесят процентов от лица) Таня.

- Товарищ мичман! - рявкнул на неё я, - Объявляю Вам два наряда вне очереди за неуставное обращение к старшему по воинскому званию! Доложите об этом своему непосредственному начальнику и немедленно покиньте дежурное помещение!

Таня аж присела от неожиданности. Вот я спокойно сижу, а вот я ору на неё из-под козырька фуражки. Умею изобразить, да.  Она выскочила из дежурки и поскакала наверх своей жопой шестдесят восьмого размера, наверняка жаловаться или начальнику штаба, или комдиву. Пффф, тоже мне - напугала ежа. Беру чистый лист бумаги формата А4 и начинаю писать рапорт на имя командира дивизии за ненадлежащее отношение к офицеру военно-морского флота, тем более,  при исполнении им служебных обязанностей.

Через пятнадцать минут прибежал начальник штаба дивизии, я как раз уже лист на другую сторону переворачивал, так увлёкся описанием нанесённых мне тяжких моральных травм и их возможное влияние на безаварийное плавание крейсера.

- Эдуард!!!! Ну нах.. ты её ко мне послал? У меня от её визга возникает непреодолимое желание стакан шила залупидонить немедленно!!! Чем тут ты её обидел, цветок этот наш, бл..., экзотический?

- Вот, тащ капитан первого ранга, буквально пару строчек осталось дописать.

- Ну дай, посмотрю!

Читает мой рапорт. Хихикает.

- Ну ты написал, прям принцесса с тонкой душевной организацией, а не трюмный упырь! Короче, скажи мне как офицер офицеру, будешь делать на себя представление?!

- Принципиально не буду. Объяснить Вам про ППО, ППР, береговые наряды у моих мичманов, выход в море через неделю и эту пиз.у охуевшую?

- Да не, не надо. Ладно закачу стакан для смелости и заставлю её, но ты же понимаешь, что ты для неё сейчас будешь, как Маринеско для Гитлера?

- Спасибо за столь лестное сравнение, тащ капитан первого ранга!!!

Но речь, в общем-то, не о том пойдёт, а об одной многоходовой операции по привлечению Тани к исполнению своих должностных обязанностей с помощью хитрости, коварства и секса. А раз я такое долгое введение написал, то разобью, значит, рассказ на две части!

Когда мы пришли из автономки, то, естественно, с нас попросили список людей на награждение. Командир, логично рассудив, что на подводной лодке не бывает неравенства в героизме, и медальки всякие никаких преференций абсолютно не дают, подал список экипажа. Ему ответили из вышестоящих штабов, что мы там ох*ели, и дали квоту на тридцать человек из ста восьмидесяти. Собрали мы по этому поводу офицерское собрание и решили от наград отказаться: или всем, или - никому. Потом старпом собрал нас отдельно по секрету от командира и рассказал, что есть шанс, что ему дадут Героя России, если, конечно, мы отменим свой демарш. Конечно, мы отменим, это же наш любимый командир!!! В общем,  решением офицеров и мичманов, выделили тридцать семь человек и подали список ещё раз.  Ну и, наверное, через недельку после этого, стою я дежурным по кораблю, сижу со старпомом в центральном и что-то там помогаю ему заполнять.

Приходит грустный командир.

- Слышь Серёга, - говорит он старпому, - этот ангел из кадровой службы слишком занят х.. знает чем, чтоб представления на нас сочинять, настойчиво предлагает нам самим этим заняться!

- Сан Сеич, да бл..., что за на? Надо вые.ать её силами штаба дивизии и заставить работать, ну совсем уже наглость потеряла!

- Прошу разрешения! - это в центральный пришёл старлей Паша (молодой, холостой, красивый и с усами, как вы помните).

Паша пришёл ко мне что-то там откорректировать в своих контрольных листах. Я сижу боком к командиру со старпомом, Паша стоит к ним спиной.  Командир смотрит на Пашу, потом на старпома, показывает пальцем в Пашину спину, и многозначительно поднимает палец вверх, делая вот так бровями. А про Пашину любовь и абсолютное обожание женского пола, в сексуальном плане, я уже упоминал в прошлом рассказе.

- Вы, тащ командир, имеете в виду то, о чём я сейчас подумал?

- Ну. А чё, она первая начала, а мы ей тактический финт в ответ!

- Пашаааа! - кричит старпом в девятнадцатый, куда Паша уже выскочил, - ну-ка дай реверс своим булкам!!!

- Слушай, Павлентий! - ласково говорит ему командир, - ты гордишься-то службой в нашем многократно краснознамённом экипаже?

- Так точно, тащ командир! Говорите уже, что надо!

- А надо, Павлентий, от тебя помощь твоему экипажу! Готов?

- Конечно!

- Молодец! - радуется старпом, - даже не спрашивает, что надо, а уже согласен! Тупой и решительный, всё как я люблю! Ладно, не обижайся... на решительного!

- Короче, - берёт слово дальше командир, - надо, Паша, заставить мичмана Таню из отдела кадров написать на наших орлов представления на награды в количестве тридцати семи штук!

- А как мне её заставить-то?

- Ну откуда мне знать, Паша? Грязный секс, лживые обещания и лесть, а, может быть, просто нашатырь:  как ты там обычно женщин очаровываешь, несмотря на то, что у тебя трамплин для мандавошек под носом!

- Так то женщинам нравится, - гордо выпячивает усы Паша.

- Фу, Павел, избавьте мою хрупкую конституцию от этих пошлостей! Короче, ты офицер,  вот и прояви инициативу!

- Не, ну технически-то всё понятно, тока у меня сейчас с финансами напряжёнка, а надо бы хоть бы на один букет цветов, ресторан и кино денег иметь, по моей методике.

- У старпома корабельная касса - бери оттуда! Тока не наглей и дорогих коньяков ей не покупай!

- Да не, тащ командир, я всё бюджетненько сделаю.

- Тогда собирайся и дуй к ней на пробный заход! Она сейчас там одна как раз в отделе кадров! Занесёшь какую-нибудь бумажку от меня, типа. Рубашку тока белую одень, для большего очарования!

- А у меня нет на борту, тащ командир!

- У меня есть, - говорит старпом, - для такого-то дела, я тебе свою выдам.

Старпом у нас маленький совсем, а Паша кабан с меня ростом, тока потолще чуть, поэтому рукава рубашки ему по локоть, и застёгиваются только четыре верхние пуговицы, да и то воот с такенными дырами от одной до другой. Ну ничего: дыры на груди мы замаскировали галстуком, а остальное - тужуркой. Старпом ещё одеколон свой предлогал, насилу отбились, хоть Таня и сволочь редкостная, но человек же, всё-таки, - за что её сразу старпомовским одеколоном глушить? Дети, тем более.

- Учитесь, сынки!- гордо сказал Паша на пирсе, докуривая, - сейчас вам дядя Паша покажет, как надо работать над слабым полом!

И ушёл в штаб дивизии, стараясь не дышать, чтоб пуговицы на рубашке не полопались.


Ну, короче, ту би континуед и всё такое)))

Оригинал взят у i_legal_alien

 
Социальные комментарии Cackle
Loading...

© 2009 Технополис завтра

Перепечатка  материалов приветствуется, при этом гиперссылка на статью или на главную страницу сайта "Технополис завтра" обязательна. Если же Ваши  правила  строже  этих,  пожалуйста,  пользуйтесь при перепечатке Вашими же правилами.