Технополис завтра
Самое важное. Самое полезное. Самое интересное...
Новости Мир

Запад уже давно не твердь и не глыба, а гнойная слизь

Источник: "Империя"
20.11.2011

Экономическая катастрофа Греции, разваливающаяся зона евро, открытые призывы ведущих политиков Франции и Германии ввести «государственный имущественный ценз» в управленческих структурах ЕС, конец благостной сказки о цивилизованной и процветающей Европе, которая якобы «не играла в революции»…

Мог ли подобное представить себе российский обыватель, взращенный в атмосфере холуйского преклонения перед всем западным, скажем, еще в 2008-м, когда раздались первые раскаты грома? Мог ли он представить себе, что скоро, совсем скоро, весь этот пресловутый «уровень жизни» – завлекательная витрина, главный среди образов соблазнения западнизма - полетит к черту столь стремительно и быстро, что он даже не успеет осознать всего масштаба свершающихся перемен?

Что ж, а между тем, это рано или поздно должно было случиться, ибо любому, кто нарушает фундаментальные социально-экономические законы, приходиться платить по счетам. Да, зачастую сие происходит не сразу, нередко платеж этот выглядит как отсроченный и запоздалый, но тем ни менее сама расплата неотвратима. Можно обмануть политического деятеля враждебной страны, можно делать хорошую мину при плохой игре на каком-нибудь стотысячном саммите, можно заморочить голову избирателям, обещая им сохранение социальных льгот, но нельзя обмануть жизнь.

То, что творится сейчас в Европе – это прямое следствие многолетнего и всеобщего попрания самого здравого смысла, самого человеческого естества. Неужели кто-то всерьез думал, что страны, в которых логическое и рациональное мышление почти целиком вытеснил разрушающий сознание постмодерн, где царит полный развал института семьи, где легализованы наркотики и однополые браки, а нормальные, естественные отношения между мужчиной и женщиной подвергаются уже чуть ли не открытой дискриминации, могут стоять твердокаменной глыбой вечно? Да нет, духовно Запад уже давно не твердь и не глыба, а гнойная слизь, и окончание эпохи его безраздельного царствования на земле, судя по всему, подходит к концу.

Принципиальная неразрешимость нынешнего кризиса в том (одни называют его кризисом госдолгов, другие – просто второй волной финансового кризиса 2008 года), что в рамках существующей экономической и общественно-политической модели ЕС его разрешить принципиально невозможно. Можно либо на деле не бороться с ним, обрекая тем самым себя на историческое крушение, причем в не самой отдаленной перспективе, либо бороться всерьез, но уже в рамках качественно другой модели и качественно другими средствами. А пока нынешнее положение Евросоюза чем-то сродни положению гитлеровской Германии, начиная со второй половины 1944 года, когда, по сути, борьба ею велась уже не за победу в войне, а за оттягивание своего неизбежного конца.

Да, можно при удачном стечении обстоятельств успеть надуть еще какой-нибудь финансово-спекулятивный пузырь и получить небольшую передышку до тех пор, пока не настанет черед его лопанья. Можно еще различными способами приостановить череду неизбежных банкротств Италии, Испании, Португалии, Ирландии и других стран второго, а то и третьего евроэшелонов. Но все это ситуацию в целом уже не переломит, а будет только лишь означать продление агонии. Единой Европы в том виде, в котором она существует сейчас, скоро не станет. На мировой шахматной доской появятся новые силы, двигать фигуры предстоит другим игрокам.

Между прочим, складывается впечатление, что многие наши эксперты, журналисты и общественные деятели (про представителей власти уж и не говорю) до сих пор до конца не осознают, что нынешний кризис - не просто экономический, финансовый или долговой. Обычные циклические кризисы капитализма Запад в своей истории преодолевал не раз. Но дело все в том, что современный кризис имеет несколько иную природу, и причины его коренятся гораздо глубже, чем хотелось бы видеть большинству.

Он, в первую очередь, смысловой, системный. Запад не просто долгое время жил не по средствам – Запад жил все последние десятилетия так, как жить в принципе нельзя. Беда в том, что ненавидящий смыслы постмодернизм сделал очень многое для того, чтобы отучить людей думать логически и последовательно. Множество их всерьез уверовало, будто бы можно вечно сибаритствовать, беря в долг и делая при этом деньги «из воздуха». Что изничтожение собственной промышленности и вынос ее в страны третьего мира, разложение нравственных основ европейских народов доктринами толерантности и мультикультурализма, оголтелая пропаганда алчности, аморальности, паразитизма, разврата – это не преступления против здравого смысла и самой человеческой природы, а лишь приметы новой исторической эпохи. Если так, то эта эпоха разложения и упадка, эпоха заката величественного, гордого и жестокого мира белых титанов, вместо которых повсеместно воцаряются глупцы, корыстолюбцы и пигмеи.

Почему я утверждаю, что данный кризис на Западе в рамках существующей общественно-политической системы преодолеть нельзя?

Потому что сама эта система его и предопределила. Западный мир (Западная Европа, в первую очередь, а также отчасти и США) превратился в гигантскую финансовую пирамиду, которая возводилась не за счет подлинного накопления естественного богатства, не за счет вдумчивой и ответственной политики национального развития, а благодаря разным хитроумным и чрезвычайно запутанным финансовым спекуляциям и аферам. Однако деньги сами по себе, не будучи подкрепленными ни золотым эквивалентом, ни объемом реального товарного производства, суть пустые бумажки. Они не могут служить прочным базисом долговременного и поступательного развития общества. Грубо говоря, государство может обойтись без консалтинговых фирм, контор по PR-технологиям и стрип-клубов, но не может без заводов по производству собственной сантехники или хотя бы гвоздей.

Когда в 2009 году долги и финансовые обязательства разоряющихся один за другим банков вынужденно начали взваливать на себя государства, то они просто оттянули крах на два года. Но если в 2008 г. вверх тормашками полетели всемирно известные банки, то теперь та же участь ожидает уже целые страны.

Наиболее дальновидные экономисты, социологи, футурологи как в России, так и на самом Западе еще лет десять назад открыто предупреждали о том, что в условиях выноса реального производства в третий мир, в Китай, Индию, в Малайзию и на Тайвань, те социальные модели государств «всеобщего собеса» (не путать с социалистическими государствами!), которые складывались на Западе всю вторую половину XX века (во многом под воздействием примера СССР, из страха перед красной революцией у себя), долго существовать не смогут. Что катастрофическое падение рождаемости европейских народов (они, в отличие от русских, не вымирают открыто еще только потому, что у них высока продолжительность жизни) и старение населения, в конце концов, приведут к ситуации, когда создавать общественное благо, распределяемое впоследствии между многочисленными категориями пенсионеров и получателей социальных пособий, объективно будет некому. А наплыв на место белых работников азиатов и африканцев засеет Европу замедленными бомбами кровавых межэтнических и межконфессиональных конфликтов столь же густо, как гитлеровский Kriegsmarine в Великую Отечественную своими минами Финский залив.

Зря, очень зря западный мир недооценивал и, по-видимому, продолжает недооценивать Китай, который, в отличие от вырождающейся Европы, судя по всему, готов использовать выпавший ему исторический шанс и бешеными темпами развивает у себя не только современное промышленное производство, но и современные вооруженные силы. Кто это, интересно, придумал попахивающий колониальным расизмом времен Гобино и Киплинга миф о том, будто китайцы сами не способны к инновационному творчеству, что они лишь подражатели и эпигоны?

Китайцы вообще-то - выдающиеся изобретатели и инноваторы в истории. Им принадлежат величайшие изобретения человечества. Порох, компас, книгопечатание (да-да, в Китае книги начали печатать почти на тысячу лет раньше, чем Иоганн Гутенберг в Европе), фарфор, бумага и бумажные деньги – не многовато ли для бесталанных имитаторов, коими пытаются выставить этот, без сомнения, великий народ некоторые недальновидные деятели?

Китайцы умеют терпеть и выжидать, а уж национального высокомерия, спеси и жестокости им не занимать. Для обитателей Поднебесной все некитайцы - варвары. И в разгорающемся кризисе им, по меткому выражению Мао Цзедуна, цитировавшего полководца Сунь-Цзы, достаточно будет лишь «уподобиться мудрой обезьяне, наблюдающей с вершины горы за схваткой двух тигров в долине». Чтобы потом просто спуститься с нее и прибрать к рукам историческое наследие белых.

Но пока еще Европа корчится под ударами кризиса, еще вертится, точно карась на сковородке, и ее политики потихоньку начинают говорить о неизбежных внутренних изменениях, о предстоящем затягивании поясов. То, о чем в 2008-2009 гг. только шушукались в кулуарах, теперь начинают произносить вслух все громче и увереннее.

Так, по заявлению премьер-министра Франции Франсуа Фийона ее бюджет будет в следующем году самым экономным со времен окончания Второй мировой, а Италия, «общий объем находящихся сейчас на рынке государственных облигаций которой достигает 1,9 трлн евро», слишком велика для того, чтобы ее возможно было спасти за счет немногих реальных локомотивов ЕС – Великобритании, Германии и Франции.

Следовательно, придется уповать на свои силы, придется сворачивать безумную гонку потребления и возрождать ценности, прямо противоположные современным: честный труд – вместо праздного безделья; чадолюбие и крепкая семья – вместо разнузданности и разврата; скромность и аскетизм – вместо транжирства и мотовства; ученый и инженер – вместо маркетолога и пиарщика; рукастый рабочий - вместо задастой топ-модели.

Как воздух необходимы иные ценности, иные смыслы.

Это, кстати, касается не одной только Италии. Это в равной степени относится и ко всем остальным европейским странам. Бьющие набатом колокола Греции сейчас звонят как раз по ним.

Кстати, составленная недавно при участии ведущих немецких и французских политиков концепция переформатирования еврозоны (и, как следствие, самого политического образования ЕС), предполагающая выделение некоего «федерального ядра» (то есть европейской элиты) с последующим низведением по умолчанию всех остальных до незавидного статуса европейцев второго сорта, выглядит, на самом деле, вполне естественной, проистекающей из ценностных установок западнизма. И предложение ввести новую систему управления, когда в органах власти единой Европы принцип «одна страна – один голос» будет заменен на принципиально иной (количество голосов напрямую зависит от объема экономической мощи того или иного государства) – это тоже вполне в духе современного финансово-спекулятивного капитализма. Коему формула управления акционерным обществом (сколько у тебя акций – столько у тебя и голосов) соответствует в гораздо большей степени, нежели принципы прямой демократии.

Западнизм (и «финкап» как одна из форм его проявлений) в самой своей сути всегда делил и продолжает делить людей на сорта, выстраивая общество сугубо иерархическое. Причем данное деление происходит отнюдь не по способностям и не по труду (как поет о том западная пропаганда), а, прежде всего, по социальному и имущественному положению, по национальному происхождению, принадлежности к финансовой элите и т. д. Так что восточноевропейские страны, ринувшиеся в 90-е сломя голову в «цивилизованный мир», на деле купили билеты для спуска в социальный ад. В этом свете недавнее заявление представителя латышской бизнес-элиты Гиргса Рунгайниса о готовности за 20 миллиардов отказаться от суверенитета выглядит не скандальной клоунадой, а одним из вероятных сценариев спасения из долговой ямы.

Сворачивание в Европе прямой демократии (а предложение ввести «имущественный ценз» при голосовании – это лишь первая ласточка), видимо, неизбежно. Она была возможна в условиях социальных государств второй половины XX века, когда уровень благосостояния европейцев рос. Но не сейчас, когда и непредвзятые исследователи, и просто неплохо знающие Запад изнутри люди в один голос утверждают, что в современной Европе большие массы населения как раз беднеют, а разрыв между ними и все более обособляющимся слоем богатых и сверхбогатых усиливается.

Я не стану сейчас цитировать классиков и напоминать о том, воцарением какого именно строя усиление подобных социальных процессов угрожает. Просто скажу, что Великая депрессия 20-30-х годов прошлого века (масштаб современных экономических потрясений с ней, кстати говоря, вполне уже сопоставим) вызвала к жизни десятки диктаторских режимов по всей Европе. Тогда тоже все начиналось с кризисов и массового обнищания, закончилось диктатурами, газовыми камерами и концлагерями.

Особенно нелепо в нашей стране выглядят сейчас люди, которые, несмотря на уже наглядно доказанные принципиальные изъяны пока еще существующей европейской модели, продолжают бубнить заклинания о безальтернативности «свободной экономики и рынка» и зазывать нас прямиком на идущую ко дну Атлантиду. Будущей Европе, если она, конечно, сохраниться в ближайшие 10-20 лет как совокупность государств именно белых народов, если там не начнется чреда межнациональных конфликтов и не возникнут независимые анклавы мусульманских иммигрантов, будет обречена возвращаться к практике государственного регулирования, к созданию своей модели плановой экономики.

Изучать в таких условиях придется в лучшем случае (про худшие говорить не станем – здесь у европейцев выбор весьма широк) не бредни какого-нибудь Фридмана, не «эффективные» реформы «железной леди» Маргарет Тэтчер, а практический опыт русских коммунистов, опыт сталинского СССР с его индустриализацией и борьбой с бедностью. И даже развязав в мире целый каскад гражданско-сепаратистских войн (а многое указывает на вероятность именно такого сценария), Западу от этого все равно уже не отвертеться. Поздно.

АПН

Игорь Бойков

 
Социальные комментарии Cackle
Loading...
Загрузка...

© 2009 Технополис завтра

Перепечатка  материалов приветствуется, при этом гиперссылка на статью или на главную страницу сайта "Технополис завтра" обязательна. Если же Ваши  правила  строже  этих,  пожалуйста,  пользуйтесь при перепечатке Вашими же правилами.