Технополис завтра
Самое важное. Самое полезное. Самое интересное...
Новости Мир

ИМПЕРИАЛИСТИЧЕСКАЯ АГРЕССИЯ ПРОТИВ ЛИВИИ

19.03.2011

Итак, Рубикон перейден. Перед военной машиной США и НАТО, изготовившейся к броску на Ливийскую Джамахирию, снята последняя политическая преграда.

Резолюция Совета Безопасности ООН от 17 марта «закрыла» воздушное пространство Ливии для ее авиации и разрешила применять против нее военную силу, как уже было в Югославии и Ираке.

Ливия в свою очередь закрыла небо для иностранных воздушных судов и предупредила, что в случае агрессии нанесет ответный удар, не только на своей территории. Командование НАТО собралось на экстренное совещание. В эскалации агрессии сделан новый, крайне опасный  шаг. В отличие от вьетнамской войны 60-х – начала 70-х гг., центральноамериканской 80-х и даже второй иракской, развязанной США в 2003-м, агрессор выступает не в одиночестве и не в компании одних сателлитов, а в широкой коалиции.

В отличие от «Бури в пустыне» 1991 г. и вторжения спустя десять лет в Афганистан, эта коалиция сколочена не путем обвинения жертвы в агрессии и/или международном терроризме, что хотя бы формально согласовывалось с Уставом ООН и вообще национальным суверенитетом, а на базе неприкрытого отрицания этого суверенитета как такового. Страны НАТО берут на себя не более и не менее, как защиту гражданского населения от репрессий его же правительства, «установленных» только желтыми СМИ и ровно ничем не подтвержденных.

Никого не смущает ни то, что десяткам «своих сукиных детей» империализма десятилетиями сходили с рук не вымышленные, а подлинные репрессии, ни то, что нынешние ненавистники Каддафи всего несколько месяцев назад не могли им нахвалиться за выгодные контракты и сотрудничество в борьбе с международным терроризмом.

Что же произошло? Почему в «крестовый поход» ринулись не только США, давно зарившиеся на ливийскую нефть, но и западноевропейские страны, которым в случае пирровой победы достанется ее не больше, а меньше, чем теперь: львиную долю, естественно, заберет дядя Сэм? Возражали же европейцы восемь лет назад против вторжения в Ирак – почему теперь одна Германия решилась хоть как-то отмежеваться от агрессии? Почему и региональная организация – Лига арабских стран – выдала Ливию на расправу, обратившись к Совбезу за мандатом на «закрытие неба», хотя почти у всех их правительств не меньше проблем с внутренней оппозицией, чем у Каддафи?

Бывшими колониальными державами – Великобританией, Францией, Италией – явно движет расчет вернуть хоть отчасти былые позиции. В Лондоне не могут забыть потери базы в Тобруке (сейчас она в руках мятежников), унизительных поражений в других арабских странах, идейно и политически родственных Джамахирии. В Париже помнят, что в Триполи базировалось первое правительство восставшего Алжира, а молодой Каддафи поддерживал борьбу народа Чада с французскими оккупантами. В Риме не могут простить ливийскому народу партизанской войны, не прекращавшейся весь период итальянской оккупации (1911-1942 гг.), а Каддафи – выдворения итальянских колонистов.

У западноевропейских лидеров есть и иные причины желать устранения ливийского лидера – на всех них у него более чем достаточно «компромата». В Лондоне старательно прячут подноготную взрыва самолета над Шотландией, в котором обвинили Ливию, и истинную цену своего торга  с ней по поводу помощи ирландским республиканцам; французскому президенту Саркози из Триполи неделикатно напомнили о ливийских вкладах в его избирательный фонд. Неудивительно, что Франция первой официально признала законной властью «Национальный совет» мятежников, который даже сам себя не считает правительством! Камерон и Саркози прямо-таки рвутся разбомбить Ливию и свергнуть Каддафи, пока еще не весь компромат попал в Интернет. Так римские патриции рвались поскорее уничтожить берберского вождя Югурту, зная слишком хорошо, сколькие из них брали взятки у его посланцев.

Действия  западных держав и правых арабских режимов имеют и более глубокие причины – классовые. Как бы ни эволюционировала революционная Ливия, на какие бы уступки мировому капиталу и собственной отсталости ей ни пришлось пойти, каких бы ошибок и перегибов она ни совершила - для буржуазных и монархическо-абсолютистских режимов Ближнего Востока она не сестра по несчастью, а вольный или невольный друг их классовых врагов. Пока не грянула буря, с ней можно было как-то сосуществовать, теперь – нет. До сих пор Ливийскую Джамахирию можно было отчасти нейтрализовать с помощью обуржуазивающейся бюрократии, все плотнее обступавшей Муаммара Каддафи. Но именно эта публика подняла мятеж и, не сумев победить сразу, перебежала к «повстанцам». Если теперь верх возьмет Каддафи, то при опоре не на нее, а на трудовой народ. И это будет уже совсем другая Джамахирия, о которой ни в Вашингтоне, ни в Париже и Лондоне, ни в Эр-Рияде не могут думать без ужаса.

Не знаю, оказывала ли Ливия какую-либо поддержку народным выступлениям, охватившим в последние два-три месяца весь арабский мир. Пусть даже ее лидер по каким-то причинам отмежевывался от них. Но  одно существование Джамахирии питало нежелание народов жить по-старому и затрудняло буржуазно-империалистическое манипулирование народным движением.

Не далее как вчера Муаммар Каддафи в интервью телеканалу Russia Today на арабском языке (о котором, конечно, молчат «наши» СМИ) подчеркнул, что ситуация в Ливии отличается от тунисской и египетской, поскольку там уже давно совершена революция и установлен режим народовластия – Джамахирия. «В Ливии власть принадлежит народу: народные съезды, народные комитеты. Народ не желает никому отдавать власть… То, что происходило и происходит в арабских странах, не имеет ничего общего с тем, что происходит в Ливии. Там народы выступают против власти, а у нас здесь народ требует, чтобы революционное руководство осталось и осуществляло власть народа. Мы надеемся, что египетский народ станет джамахирийским... Египет станет джамахирией, Тунис станет джамахирией, и все движения в арабских странах свергнут свои режимы и станут подобными Ливии, то есть джамахирией, а народ будет управлять народными конгрессами и народными комитетами». (http://forum-msk.org/material/news/5794621.html)

Если бы, как твердят желтые СМИ и повторяют иные р-р-революционеры, восстание в Ливии было аналогично выступлениям в других арабских странах, все их лидеры поспешили бы поддержать Каддафи в борьбе с оппозицией. Но они дружно – за исключением только Алжира и Сирии, где у власти режимы с левыми истоками и им самим грозит участь Каддафи, – объявили его нелегитимным и предпочли навлечь на Ливию натовскую интервенцию. Монархии Персидского залива во главе с Саудовской Аравией, только что пославшие войска подавлять народ Бахрейна (насилие над «мирными гражданами» налицо, но никто в «мировом сообществе» и не думает вмешиваться), готовы принять непосредственное участие в расправе над Ливией.

К войне на Ближнем Востоке империализм толкает обострение классовой борьбы не только там, но и во всем капиталистическом мире. Последние недели ознаменовались всеобщими забастовками в странах Южной Европы – Греции и Португалии. Рабочие протесты впервые за много лет потрясают цитадель империализма – США. Нарастание активности масс происходит в условиях углубляющегося кризиса верхов.

В Западной Европе наступают ультраправые, разжигающие враждебность обывателей к иммигрантам, в первую очередь арабам. В день признания Парижем ливийских мятежников там провели опрос, согласно которому Мари Ле-Пен, дочь французского неофюрера, вполне может претендовать на пост президента. В США ультраправое крыло оппозиции – «Чайная партия» – выиграла в ноябре промежуточные выборы в Конгресс и местные – в ряде штатов, фактически наполовину встав у власти в центре и на местах. Она уже стреляет в своих оппонентов, как недавно в Аризоне, пытается задушить профсоюзы и вернуть трудовое законодательство к 20-м годам, как в Висконсине и Нью-Джерси. Против нее и поднимаются даже отвыкшие от активной борьбы рабочие США. Она же больше всех добивалась вторжения в Ливию.

Здесь играют роль не только классический расчет отвлечь народ от внутренних проблем и нажить дешевую популярность «маленькой победоносной войной», но и тесные связи ультраправых с нефтяными корпорациями и режимами типа саудовского. В Каддафи они видят союзника своих внутриполитических врагов. Еще в 70-е годы продвижение Рейгана к власти началось с того, что брата президента-демократа Дж. Картера обвинили в деловых связях с Ливией. Совсем недавно венесуэльский президент Чавес предложил ввести Картера в комиссию по посредничеству в ливийском конфликте (мятежники, разумеется, от переговоров отказались). Президент Обама собирается в ближайшее воскресенье с визитом в Бразилию, что не по душе ультра – они предпочитают Колумбию с Панамой. При голосовании в Совбезе Бразилия воздержалась, Обаму уже ожидают массовые протесты, а чем обернется визит, если ему будут аккомпанировать ракетно-бомбовые разрывы, – вообще неизвестно.

Почему постоянные члены Совбеза – Российская Федерация и Китайская Народная Республика – не воспользовались правом вето, чтобы предотвратить принятие резолюции, наносящей им огромный политический и экономический урон? Прецедент использования военной силы против суверенного государства на основании ничем не доказанных «репрессий» против народа может быть в любой момент применен к их ближайшим союзникам, скажем Белоруссии и КНДР, да и к ним самим. Обе страны связаны с Ливией миллиардными контрактами в нефтяной и других отраслях. Несколько дней назад Каддафи публично предложил полностью переориентировать экономическое сотрудничество на Россию, Китай, Индию, Германию и другие страны, возражавшие против применения вооруженной силы против Ливии. Но гора родила мышь – воздержание от голосования. Что это – близорукость, малодушие, предательство?

Последние два десятилетия ни Москва, ни Пекин почти не прибегали к праву вето, предоставленному им Уставом ООН. Я помню только один случай, года два назад, когда США попытались наложить санкции на Мьянму, которая граничит с Китаем и значит для безопасности КНР не меньше, чем Афганистан значил для безопасности СССР. (Именно на этих днях – конечно же, совершенно случайно – под Белгородом разбился самолет из партии, закупленной в России именно этой страной). В целом Совбезу навязана практика принятия решений «консенсусом»: даже воздержание рассматривается Вашингтоном как недружественный акт, чреватый для строптивцев крупными неприятностями, проголосовать же против – прямой путь в «страны-изгои». Максимум, на что решаются и в Москве, и в Пекине в попытках защиты своих интересов, – это карикатура  на брест-литовские переговоры: используя противоречия в американо-натовском лагере, по возможности затягивать переговоры и обставлять резолюции поправками и оговорками. Так было и на сей раз.

Перед принятием предыдущей резолюции от 26 февраля Москва и Пекин возражали против экономических санкций в отношении Ливии. Но стоило Вашингтону нажать – и все члены Совбеза консенсусом проголосовали за санкции, удовлетворившись тем, что резолюция не давала права на применение военной силы. Когда инициатива перешла к сторонникам Джамахирии, а мятежники, теряя поддержку в народе (если она у них была) и оказавшись под угрозой полного разгрома даже не армией, а народным ополчением, взмолились своим покровителям о помощи, – из-за закрытых дверей Совбеза и правительственных кабинетов снова пошли «утечки информации», будто Москва не одобряет «закрытия» неба Ливии и применения военной силы. Теперь в Кремле утешают себя тем, что резолюция исключает «любую форму иностранной оккупации в любой части территории Ливии». Нет оснований сомневаться, что там действительно предпочли бы избежать ее, а еще лучше – и «закрытого неба» и санкций. Но «выкручивание рук» привело к вполне ожидаемому результату. Вот мы и видим, в который раз, сочетание маниловщины с бунтом на коленях, робкие попытки умиротворения агрессоров, никого, даже самих Маниловых, не защищающие.

Голосованию в СБ предшествовал визит в Москву вице-президента Байдена, который держал себя как римский проконсул или золотоордынский баскак в покоренной стране. Кремлю явно давали понять, что в случае срыва резолюции Совбеза НАТО обойдется без нее (об этом открыто писала «Нью Йорк таймс» еще недели две назад), и уж тогда будет действовать без всяких ограничений и без консультаций с кем-либо. А чего стоит встреча «проконсула» с представителями российской оппозиции: Байден будто в Тегусигальпе или Порт-о-Пренсе указывал, кто вправе, а кто не вправе баллотироваться в президенты, говорил о пересмотре отношений со всеми «авторитарными режимами», в том числе российским, сулил им события по арабскому сценарию; в ответ Немцов предлагал заменить поправку Джексона-Вэника на ливийский вариант санкций «не против страны, а против лидеров». Видимо, на «лидеров» шантаж подействовал. Или «проконсулу» удалось, в соответствии с римским принципом “Divide et impera”(«Разделяй и властвуй»), подогреть между ними противоречия и сыграть на этом. Но в конечном счете самая важная причина – классовая: Кремлю приходилось выбирать уже не между дружественным ему националистическим режимом и ставленниками Вашингтона, а между контрреволюцией и революцией, между подчинением жесткой империалистической дисциплине и объективно революционным противостоянием всему империалистическому лагерю.

На позиции КНР сказались, видимо, несколько факторов. Тут и нежелание рисковать колоссальными торгово-экономическими связями с США. Тут и опасение противопоставить себя одновременно и НАТО, и РФ, что грозит Китаю ситуацией «двух фронтов». Вероятно, подействовал и еще один фактор – катастрофа в Японии, вызывающая, подобно недавней и очень похожей на нее гаитянской, серьезные подозрения в причастности американской системы геофизической войны HAARP. Военное превосходство США и НАТО над всеми потенциальными противниками, и без того огромное, могло таким образом возрасти.

В любом случае ослабление Японии уменьшает свободу действий КНР на мировой арене. Призрак Чернобыля нанес сильный удар ядерной энергетике: любая программа ее развития, не сертифицированная «мировым сообществом», становится потенциальным casus belli даже по «чисто экологическим» основаниям. В первые же дни после катастрофы КНДР согласилась вести без всяких условий переговоры о своей ядерной программе, а Венесуэла вообще свернула свою. Все это меняет соотношение сил в мировой политике и экономике в сторону, не лучшую для Пекина, по крайней мере для тех кругов, которые стремятся проводить самостоятельную политику.

В Вашингтоне не без оснований надеются на обострение внутренних противоречий в КНР, проявившихся, в частности, в недавних уличных выступлениях последователей «жасминовой революции». Государству приходится наращивать военный бюджет, вносить коррективы в социально-экономическую политику. Соотношение классовых сил в КНР пока не способствует ее активной позиции на международной арене.

Больше всего удручает реакция на происходящее левого фланга политического спектра, в том числе коммунистического движения. Никто, кроме Компартии Греции (я говорю не об отдельных людях и кружках, а о заметных политических силах), не выступил с протестом против готовящейся интервенции. Никто, кроме никарагуанского президента Даниэля Ортеги, не отважился открыто выразить поддержку законному руководителю Ливии. Никто, кроме Фиделя Кастро, не решился вслух напомнить общеизвестные факты и предостеречь от лжи желтых СМИ. Никто, кроме Уго Чавеса и его союзников по АЛБА, не осмелился даже предложить посредничество в мирном урегулировании конфликта. Никто не называет страну, противостоящую агрессии, ее полным именем – Великой Социалистической Народной Ливийской Арабской Джамахирией, тем самым как бы уже признавая победу мятежников. И, что хуже всего, – никаких массовых протестов, даже таких, которые предшествовали вторжению США в Ирак, хотя и не смогли предотвратить его.

Можно было бы если не оправдать, то в какой-то мере объяснить такую картину противоречивостью и неясностью ситуации в Ливии, настороженным отношением к Джамахирии из-за специфики ее идеологии, прошлых конфликтов ее руководства с коммунистами, уступок транснациональному капиталу в последние годы. Но ведь в Ираке всего этого было не меньше, а больше, и обо всем этом – особенно о трагической судьбе арабских коммунистов 60-х – 70-х гг. – никто, в том числе нынешние коммунисты, не вспоминает (я по крайней мере такого не встречал). Никакого содержательного анализа исторического пути Ливии и нынешней ситуации, как правило, не дается – либо вообще молчок, либо повторение буржуазного стереотипа «народ против диктатуры».

Предел оппортунистического развращения – участие КПРФ во встрече Байдена с российской оппозицией. Это – перед лицом наглой агрессии против Ливии, провокационных маневров у берегов КНДР, усиления подрывных действий против Кубы, Венесуэлы, даже Белоруссии, кишиневских заявлений Байдена о «целостности» Молдавии и Грузии, провокационных высказываний госдепартамента о Курилах!

При таких условиях любая уважающая себя и страну политическая сила  – не говорю уже коммунистическая партия – обязана не только бойкотировать «встречу», но и встретить «высокого гостя» открытыми протестами. В Бразилии такие силы, даже в правящей партии, нашлись. А КПРФ мало того что отмолчалась – и молчит до сих пор – по Ливии и другим острым международным вопросам, но и не побрезговала жаловаться Байдену на фальсификацию выборов. И впрямь: «Вот приедет барин - барин нас рассудит!» Тому только и оставалось по-барски шутить: не думал, мол, не гадал, что придется защищать коммунистов. Рядом с этим бледнеет даже эталон ренегатства – голосование почти всех европейских социал-демократов за военные кредиты в августе 1914 г. Они по крайней мере могли воображать, что национальные интересы выше классовых, а тут не просматривается ни тех, ни других.

Очевидно, не только в правой, но и в левой оппозиции есть желающие заручиться покровительством поборников империалистической «демократизации» в расчете въехать в их троянском коне если не во власть, то хотя бы «в демократию». Или они вообще не верят ни в какое сопротивление и ведут себя «применительно к подлости», просто чтобы уцелеть физически и политически при любых обстоятельствах вплоть до оккупации? В таком случае – напрасно. Именно сейчас установленное оккупантами правительство Ирака в очередной раз репрессирует коммунистов, решивших было в 2003 г., что свержение Саддама даже оккупантами – меньшее из зол. Тех можно если не оправдать, то хотя бы понять: они имели с Саддамом давние кровавые счеты, да и не несли международной ответственности как наследники СССР – стратегического тыла арабского и мирового освободительного движения. А эти?

Видимо, причины такого убожества – в том, что рабочее движение не вышло пока из состояния «класса в себе», над которым закономерно господствуют идеи господствующего класса. Левая же интеллигенция, оторванная от масс, переживает упадок. Так обстоит дело и в мире (исключения, да и то относительные, можно пересчитать по пальцам одной руки), и особенно на «постсоветском пространстве». Отсюда – общее снижение уровня политической культуры, утрата исторических традиций революционного движения, его чести и достоинства, и в первую очередь интернационализма. Возрождать классовое сознание предстоит долго и трудно. Скорее всего, в огне мировой войны с империалистическими агрессорами либо под пятой глобальной диктатуры транснационального капитала. Какие именно испытания готовит нам история – скоро станет ясно. Ждать осталось недолго.

http://prometej.info

А.В. Харламенко

 
Социальные комментарии Cackle
Loading...
Загрузка...

© 2009 Технополис завтра

Перепечатка  материалов приветствуется, при этом гиперссылка на статью или на главную страницу сайта "Технополис завтра" обязательна. Если же Ваши  правила  строже  этих,  пожалуйста,  пользуйтесь при перепечатке Вашими же правилами.